Сколько крат ни вспоминаю
Я в отсутствии тебя,
Столько крат я восстонаю,
Дни покойны погубя.
Брянчанинов! то неложно:
Мне уж боле невозможно
Муз прельщаться красотой;
Музы! вы меня прельщали,
Но в то время не смущали
Бранны громы суетой.
Лухта! ты своей волною
Мне вселяла жар к стихам,
Как прозрачной быстриною
Вал лила по мягким мхам.
Но волна та прокатилась;
Ах! когда бы возвратилась
И лилась бы паки вспять;
Льется там она, как прежде,
Но не буду я в надежде
Зреть брега ее опять.
Брянчанинов! я простился
И с стихами, и с тобой,
Богу браней посвятился
Неминуемой судьбой.
А пермесские богини
Стали днесь мои врагини,
Коль влекут еще меня;
Пожалей меня в отсутстве
И един, не в многолюдстве,
Ты посетуй, восстеня.
Наша жизнь полна превратов,
Наша жизнь -- игра страстей:
Мало ль сих нам сопостатов,
Мало ль к смерти нам путей?
Или должно устремляться
По кончину утомляться
И не ведать, что покой?
К претекающему веку
Льзя ль прибавить человеку
Хоть часа черты одной?
Скоро, скоро, может статься
(И кто ведает когда?),
Час приблизится расстаться
Мне с тобою навсегда.
Мой любезный брат скончался
На брегах, где ополчался
На противников, возжжен;
Мы судьбы своей не знаем:
Гром метая за Дунаем,
Он пал, громом поражен.