Что трачу время я? смеется мой мучитель.
Не сын богинин ты, не Дардан-прародитель.
Неверный! с ужасом Кавказ тебя родил.
В ирканских ты степях млеко злых тигров пил.
Ты первый свет узрел в пустынях непроходных.
Но что? и тамо нет с тобой в свирепстве сходных.
Нет, лютостей таких нельзя изобразить,
К которым бы тебя могла я применить.
Почто уж прибегать к притворствам бесполезным?
Могла ль я стон извлечь моим потоком слезным?
Могла ли я его на жалость преклонить?
И вздохи любящей могли ль его смягчить?
Чем жалобы начну? Еней отъемлет душу.
Я флот его спасла, поставила на сушу,
Его спокоила от ярости морей
И власти приняла в сообщество моей.
Ах! для чего тебя, в отчаянье пловуща,
Тебя изверженна, надежды не имуща,
Меж тем как вал, ревя, на берег извергал,
Не погружала я опять в шумящий вал?
Мне, мне тебя губить! -- я жизнию моею
Еще пожертвую, коль ты спасешься ею.
Пускай бы плыл в свой путь, не стала б я держать,
Когда бы ты имел еще куда бежать,
Когда бы вражеской не пал Приам рукою
И не поверг бы рок на землю древню Трою.
Неверный! для чего, к мученью моему,
Как упованию всё спорит твоему
И злобствуют зимы дыханием пучины,
Ты хочешь гнев опять испытывать судьбины? --
Меня ль бежишь? Тебя я сим потоком слез,
Коль бедной мне уже надежды луч исчез,
Твоей десницею, любовью заклинаю:
Не оставляй меня погибели у краю.
Останься, я прошу, коль место просьбе есть.
Жестокий! Зри, чего твоя мне стоит лесть,
Зри, странник (ты других имен не позволяешь)!
Кому кончающусь Дидону оставляешь:
Уже Иарб идет, идут уже враги.
Ах! если жалость есть, останься, не беги.