Нет многих песен, -- есть одна,
Не весела и не грустна,
Но вся -- порыв и глубина.
То сердце, где звучит она,
Обречено на жертву.
Не человек ее сложил,
Но раньше неба и светил
Она лилась пред Богом сил.
И Бог, ей внемля, полюбил
Страдания и жертву.
Под эту песню Бог сгорал
В огне любви и умирал,
Себе гробницей мир избрал
И на грядущий мир взирал --
Верховный жрец и жертва.
Под эту песню мир возник
И возникает каждый миг,
Как бьющий вверх живой родник,
Неиссякаем и велик
Стремленьем вечным к жертве.
Под эту песню я живу,
Над бездной пенистой плыву,
Узоры призрачные рву
И смерть свободою зову,
Всегда готовый к жертве.