Мне кажется порой, что жизни драма
Длиннотами страдает и что в ней
Движенья мало по расчету дней:
С картиною несоразмерна рама.
Чтоб семьдесят наполнить долгих лет,
Где новых чувств и мыслей взять? Их нет.
Для тонко эстетической натуры
Самоубийство только род купюры.
Спасенье есть одно: жить для детей
И молодеть от запаха пеленок.
Еще разумней -- жить для всех людей:
Толпа -- всегда спеленутый ребенок.
Но я бездетен, волею судьбы,
И голос мой звучит не для толпы.