Он лишь бессмертней стал благодаря врагам,
И мир, любуясь им, с презрением отметит
Следы презренных орд. Пусть Фидиас ответит.
Пусть скажет нам Родэн, не жив ли Реймский храм?
Твердыня павшая уж не нужна войскам,
Но храм израненный любовь двойную встретит.
Да, кровля сожжена, тем ярче небо светит
Сквозь кружево камней растроганным очам.
Спасибо варварам: они французам дали
То, чем Эллады край один был освящен, --
Нетленной красоты разбитые скрижали.
Хвала губителям! Насилье -- им закон,
Им пушки -- божество. И вот они создали
Себе в веках позор, нам -- вечный Парфенон.