Кто идет во глубь земли Или молотом махает; Кто сетями для семьи Хлеб насущный добывает;
Кто за плугом льет свой пот, Как наемник господина; Кто под ношей спину гнет Для жены своей, для сына,--
Честь им! слава их трудам! Слава каждой капле пота! Честь мозолистым рукам! Да спорится их работа!
Но забудем ли о том, Кто безропотно страдает И, работая умом, Сам нередко голодает?
В тесной хижине ль своей Он с наукой тратит годы, Раб ли книжных торгашей, Пишет драмы или оды,
Или просто вздор чужой Переписывает к срокам, Иль, вступив в ученый строй, Ходит, бедный, по урокам,--
Что ж! ведь труженик и он! И ему -- терпеть, трудиться Повелел судьбы закон, И его глава сребрится!
И влачит до гроба он Бремя скорби и гоненья, А детей голодных стон Убивает вдохновенье!
Так иного я знавал: Духом он стремился в небо, Но во прахе изнывал, Пресмыкаясь ради хлеба!
Так с семьею на плечах Хлопотал он и трудился, Целый век свой был в тисках И как рыба об лед бился!
И сидел он, и писал, Бледный, с впалыми щеками; А меж тем восток сиял, Ветерок играл цветами,
Пел весенний соловей, Пар дымился над рекою... Он над книгою своей Гнулся -- труженик душою!
Но под бременем скорбей Утешался он, мечтая: «Жизнь печальна, но и в ней Есть поэзия святая!
Пусть судьба гнетет меня! Тверд останусь я душою: Для детей трудился я, Честь моя всегда со мною!»
Наконец не стало сил! Кончил он свое боренье; Лишь порой к нему сходил Луч заветный вдохновенья:
Ночью вдруг его лобзал Поцелуй знакомой музы, И свободно возлетал Прежний гений, сбросив узы.
Вечным сном теперь он спит! Прах его земля сокрыла; Одинокая стоит Без креста его могила.
И малютки, и жена Плачут, бедные, без пищи: Только имя без пятна Им отец оставил нищий!
Честь и слава всем трудам! Слава каждой капле пота! Честь мозолистым рукам! Да спорится их работа!
Вспомним с честью и о том, Кто с наукой голодает И, работая умом, Горький век свой убивает!
Cookies on Poetry Cove