Смерть меня кличет, моя дорогая!
О! для чего, умирая,
О! для чего, умирая любя,
Я не в лесу покидаю тебя?..
В темном лесу, где погибель таится,
Неотразимо-грозна,
Волк завывает, коршун гнездится,
С бешеным хрюканьем бродит веприца,
Бурого вепря жена.
Смерть меня кличет... О горе!
Лучше бы в утлом челне
Бросил средь бурного моря
Я существо, драгоценное мне! ..
Яростно воет и волны вздымает
Там ураган;
Будит на дне и наверх высылает
Страшных чудовищ своих океан;
Все там грозит неминучей напастью:
Мчится акула с разинутой пастью,
Вынырнул жадный кайман.
Верь мне, о друг мой прекрасный!
Как ни опасно
В море сердитом, во мраке лесном,
Вдвое опаснее -- где мы живем.
Верь мне: ужаснее волка, веприцы,
Злее акул и всех чудищ морских
Звери Парижа, всемирной столицы,
В играх, и песнях, и плясках своих.
Замерло сердце, и разум мутится...
Вкруг сироты моей, дурью объят,
Этот блестящий Париж суетится,
Дьяволам -- рай, ангелам -- ад!
Что так жужжит вкруг постели?
Черные мухи -- озлобленный рой...
Боже! откуда они налетели!
Свет застилая, кишат предо мной...
На нос и на лоб садятся -- кусают...
Точно людские, глаза у иных...
Эта вон с хоботом... Страшно мне их!
Прочь! отвяжитесь!.. Еще налетают...
Словно свинцом придавило мне грудь...
Жить уж немного...
Стук в голове -- и возня -- и тревога:
Знать, мой рассудок сбирается в путь!