В тесной темнице заточнику не спится:
Ликов незримых немые голоса,
Плещет ли, блещет ли вещая зарница,
Ставит ли, правит ли Арго паруса.
Дышит, кто слышит, дыханием сирени,
Стебли колебля, колышутся цветы.
Мнятся ли, снятся ль блаженные колени
Пенорожденной, явленной Красоты.
Голос незвонкий, что волос тонкий, нитью
Льет неотлитно, не внять ему нельзя:
Пленный и тленный, к великому разлитью
Млечного вечно пути твоя стезя.
Ржавых затворов заплаканная зелень,
Плесень в узорах -- претворены, смотри:
В злато и жемчуг заоблачных молелень,
В ладан и смирну кумирни «Там -- внутри».
Дремлет, не внемлет, объемлет -- не приемлет
Звука в молчаньи и знака в темноте.
Пленником семь лет -- и будет им он семь лет,
Майской и райской не верящий мечте.