Ярус за ярусом -- витрины,
Лавки, прилавки без конца.
С площади с Красной -- магазины
Вплоть до Садового кольца.
Жадные, алчущие пасти --
Грузные Верхние ряды,
Стекла граненые запястий --
Встречной пассажей череды,
Выставка Мюр-и-Мерилиза,
Выгиб Кузнецкого моста,
Вся, от панели до карниза --
Бьющая злая пестрота.
Ловят на модную уловку
Лямин, Ралле и Фаберже.
Душу бы, душу за обновку --
Тело-то продано уже.
Мимо, пройдя Охотным рядом,
Мимо кричащих площадей,
Выйдем постенным длинным садом
Дальше от лавок и людей.
Узкими войдя ворота́ми,
Низко поклонимся ему --
Веющему вещими снами,
Крестовенчанному холму.
Там, только там, где не торгуют,
Станем под стрельчатым окном --
Града небесного взыскуя,
Тихо тоскуя о земном.
Станем под белой колокольней,
Взглянем на красный монастырь --
И отойдем от жизни дольней
В горний кремлевский Свят-пустырь.