Был вечер утру солнца равен --
Пронизан светом каждый миг,
И в старой лавке старый раввин
Перебирал страницы книг.
«Находит Бог свои утраты
На дне морей, в песках пустынь,
И возмещает седьмикраты
Он оскорбителям святынь.
Но если мы падем на лица
Свои у страшных Божьих ног --
Он отомстит и примирится:
Не вечен гнев, но вечен Бог».
Лоскутьев темные отрепья,
Бумаги шелест, звонкий торг --
И строгих рук великолепье,
И глаз экстатика восторг.
А рядом -- город: в шума лаве
Гудит мотор, звенит трамвай.
О, старый равви, мудрый равви,
Напрасных снов не вызывай.
Смерть поколенья -- смерть и Бога.
Что новый род -- иной кумир.
Но наша в вечности дорога.
Не вечен Бог, но вечен мир.
И будем век мы тщиться всуе
Сойти с дороги слепо той,
И ужасаясь, и любуясь
Мирскою буйной лепотой.
И нам у сонных побережий
Покоя смерти не вкусить,
Моляся Времени, о еже
Нам нашу вечность износить.