За взглядом взгляд, как за гонцом гонца,
Стремят ко мне те, чьи недвижны веки.
И капли слез, что высохли навеки,
И краски грез художника-слепца,
И перья стрел безрукого стрельца,
Обломки палок бегуна-калеки,
И слабый хруст, и тихий шорох некий --
Ткань моего над ними багреца.
Что быть могло, то с ними уже сталось.
Я -- всё, я -- всё, я -- всё, что им осталось
По милости и щедрости Отца.
И я над ними -- в славы ореоле.
И только я, без жалости и боли,
Ни от кого не утаю лица.