Ты вопросил -- нельзя нелепей --
Расширить детские глаза:
«За что в греховном Ci-Вертепе
Я отпущенья ci-коза?»
За то, что ты гулял, проказник,
Средь белых рук жестоких лилий,
«Когда мы чтили каждый праздник
И каждый цветик на могиле».
За то, что, когда мы безбожно
Ломали -- для жены -- ребро,
«Перебирал ты осторожно
Струн утомленных серебро».
И, наконец, за то, что ныне
«От пляски с пеньем на заре»
Уносишься «еще невинней»
К своим лягушкам в Ci-Doré.