Арашка

Дворовые зовут его Арашкой... Ученые назвали бы ара́; Граф не зовет никак, а дачники милашкой И попенькой... / Бывало, я с утра

Росистою дорожкою по саду Пойду гулять, -- он, на одной ноге, Стоит на крыше и кричит: «Эге!» Потом хохочет до упаду,

За клюв схватившись лапою кривой И красною качает головой. Никто не помнит, как, когда, откуда Явился в дом Арашка?.. Говорят,

Что будто с корабля какого-то, как чудо, Добыл его сиятельный... / Навряд ! Мне кажется, Арашку подарили -- Или визирь, или не знаю кто?

Быть может, что сама Державина бессмертная Фелица?.. Положим -- так... / А попугай -- все птица... Он не забыл Америки своей, --

И пальмовых лесов, лиановых сетей И солнца жаркого, и паутины хочет, И над березами и соснами хохочет. Не знаю, почему припомнилось... Читал

Когда-то я индийское преданье О племени... Забыл теперь названье, Но только был героем попугай... Вот видите... в Америке есть край,

На берегах -- пожалуй -- Ориноко. Там ток воды прорыл свой путь глубоко Сквозь кручу скал... И брызжут, и гремят, И в прорезь рвутся волны... Водопад...

Сюда-то в незапамятное время, Укрылося войной встревоженное племя, Затем, чтоб, с трубкой мира, отдохнуть, В тени утесов и пещер прибрежных

От дней, вигвамам тяжких и мятежных; Пришло сюда и кончило свой путь... И спит теперь от мала до велика В пещере: -- всех горячка унесла...

Но нет, не всех: осталася улика, Что был народ какой-то, что была Когда-то жизнь и здесь... / Над водопадом, На выступе гранитных скал, сидит

Седой ара и с потускневшим взглядом На языке утраченном кричит Какие-то слова... / И наотмашку Гребет веслом испуганный дикарь;

Всё -- мертвецы, а были люди встарь...