Прости, прости, мой край родной!
В волнах ты через миг
Исчезнешь... Чу! Ревёт прибой,
Чу! Бурной чайки крик,
На запад с солнцем мы летим
По влажному пути --
Оно склонилось, -- вместе с ним,
На эту ночь, прости!
Нет! Поутру взойдёт оно,
Блеснёт с небес опять,
Опять его увижу; но
Тебя мне не видать...
Мой замок пуст; очаг потух;
Мой двор травой порос;
И у ворот, как ночи дух,
Завыл мой верный пёс.
Ко мне, малютка -- паж! О чём
Ты слёзы льёшь рекой?
Иль страшно в море, коль кругом
Волны и бури вой?
Не плачь, не бойся ничего:
Корабль наш крепче скал
И быстр -- навряд ли бы его
Мой сокол обогнал.
«Пусть воют буря и волна:
Их не боюся я;
Но лютой скорбию полна,
Сэр Чайльд, душа моя:
С отцом моим, с родимой я --
Надолго разлучён...
Без них опора и друзья
Мне -- только ты да он
Отец меня благословил
И не заплакал... Мать...
Нет! У неё не станет сил
С тоскою совладать!..» --
«Довольно, мой малютка!.. Ах!
Хоть раз орошено
Будь сердце мне в таких слезах --
Не высохло б оно...
Ко мне, оруженосец мой!
Что бледен и уныл?
Тебя с французом грозный бой
И смерти страх смутил?» --
«Сэр Чайльд! Поверь: не страшны мне
Ни бой, не смерть пока;
Но с каждой мыслью о жене --
Бледней моя щека.
Над самым озером жена,
Близ твоего дворца,
Живёт с детьми... Что им она
Ответит про отца?» --
«Довольно! Сердцем я понять
Готов твою печаль;
Но мне... мне се́мью покидать
Едва ли было жаль».