Не может быть, чтоб этот труп
Был все... Не может быть: иначе
Юдольный рок наш был бы груб
И жизнь не стоила задачи...
Пусть все не вечно на земле;
Но это все, что духом жило, --
К нему у трупа на челе
Печать бессмертья приложило.
Усопший! Я твой бренный лоб
Лобзаю с верой, что когда-то,
Как брат, ты сам мне вскроешь гроб
И восресишь лобзаньем брата!