Мечтой любимой, думою избранной Вы часто переноситесь на юг; Вам холодно на родине туманной -- Вас здесь томит мучительный недуг,
И вас на берег свой обетованный Италия манит к себе, как друг, И снятся вам летучие гондолы, И слышатся напевы баркароллы.
Италия, любимица богов, Владычица развенчанная мира! Замолк победный крик твоих орлов, И с плеч твоих скатилася порфира,
И не гремят мечи твоих сынов; Но все тебя поет и славит лира, Все рвется в небеса твоя душа, Все хороша ты, дивно хороша!
По-прежнему тебя волна лелеет, По-прежнему цветут твои цветы, По-прежнему любовью воздух веет, По-прежнему с лазурной высоты
Тебя лобзаньем страстным солнце греет: Все та же ты, и вечно та же ты -- В венке из роз, с улыбкой молодою... И что же наша Русь перед тобою?
В зиму у нас туманы, снег, мороз; В весну и в осень -- дождик непрерывный; А летом -- зелень бледная берез, Кой-где трава, цветочки... Климат дивный:
Порою задыхаешься без гроз, Порою мерзнешь... / Ветер заунывный Поет все ту же песню с давних пор: Ему у нас раздолье и простор...
Иные любят (впрочем, ведь иные), Иные любят ветра грустный стон, Степей раздолье, глыбы снеговые, Лесов дремучих непробудный сон,
Метели наши, вьюги завивные, Уныло-мерный колокола звон, Родной мороз, да тройку удалую, Да песню, молодецки-заливную.
Но что за вкус! Что это за народ! Порой у нас бывают чудны ночи: Прозрачен, необъятен небосвод, А белый снег на поле, что есть мочи,
Мороз тяжелым молотом кует, И смотрят неба пламенные очи Так пристально, что думы в небеса Летят невольно, как зарей роса.
Но то ли ночь Италии прекрасной! Все тихо; рощи пальмовые спят; Вдали чуть слышен лепет моря страстный -- С цветов струится тонкий аромат.
Купается в лазури месяц ясный; И вот звучат, стихают, вновь звучат Октавы вдохновенного Торквато... Любил и я Италию когда-то.
Любил и я перелетать мечтой На берега Италии святые; Но не гондолы с песнею живой, Не небеса, не волны голубые,
Не Рим и Капитолий вековой, Не Этна и Везувий огневые, Не Апеннинов дикая гряда Влекли меня в Италию тогда.
В тот миг, когда из нравственных пеленок Душа освободится навсегда, Когда, как в клетке запертый орленок, В груди забьется сердце, и когда
Природа нам шепнет: «Ты не ребенок», -- В тот миг я полюбил... Прошли года, А и теперь осталось в сердце что-то, В чем не могу я дать себе отчета.
Я с нею никогда не говорил, Но я искал повсюду с нею встречи, Бледнея и дрожа, за ней следил, Ее движенья, взгляд, улыбку, речи
Я жадно, я внимательно ловил, А после убегал от всех далече, Ее в мечтах себе я представлял, Грустил, вздыхал, томился, ревновал.
Не рассказать, что делалось со мною. Не описать волшебной красоты... С весенним солнцем, с розовой зарею, С слезой небес, упавшей на цветы,
С лучом луны, с вечернею хзвездою В моих мечтах слились ее черты... Я помню только светлое виденье -- Мой идеал, -- отраду и мученье.
Но я недолго любовался ею: В Италию уехала она -- И я мечтой послушною моею Перелетел на юг. Отчуждена
Была от мира мысль моя: пред нею Была повсюду чудная страна, И издали мой призрак неизбежный Манил меня улыбкой грустно-нежной.
И долго этот бред томил меня, И долго-долго я не знал покою: В тиши ночей, в докучном шуме дня Знакомый образ был передо мною;
Да и теперь, порой, невольно я Перенесусь в Италию мечтою -- И южный зной в лицо повеет мне, И кровь кипит, и голова в огне.
Но быстро это чувство пронесется -- И снова я на Родине святой; И сердце так легко, так ровно бьется: Родная песня льется надо мной...
Как верный друг, мне холод к сердцу жмется... Играет ручка с русою косой, -- И блещут очи темноголубые, Задумчивы, как небеса родные.
Cookies on Poetry Cove