Над рекою, над пенистым Волховом,
На широкой Вадимовой площади,
Заунывно гудит-поет колокол;
Волхов плещет и бьется и пенится
О ладьи москвитян острогрудые
А на чистой лазури, в подне́бесье,
Главы храмов святых, белокаменных
Золотистыми слезками светятся.