«Хочешь ты пасти барашка?
Дам тебе ручного я, --
Щиплет травку белый бяшка
И играет у ручья...» --
«Нет, родная! манит сына
На охоту гор вершина». --
«Хочешь с рогом иль свирелью
Стадо по лесу водить?
Там звонки певучей трелью
Будут слух твой веселить». --
«Нет, родная! манит сына
Гор суровая вершина». --
«Подожди, цветочки снова
Запестреют на грядах...
Сада нет в горах -- сурово
На суровых высотах!» --
«Пусть цветочки тешат взоры...
Отпусти, родная, в горы!» --
И пошел он на охоту, --
Все к вершине, все вперед;
По скалистому оплоту
Он бестрепетно идет.
Перед ним меж скал, ущелий
Пролетела тень газели.
По обрывам, над скалами,
Через пропасти без дна,
Легким скоком и прыжками
Переносится она;
Но стрелок, в упорстве смелом,
Мчится вслед ей с самострелом.
На утес с крутой вершиной
Перепрыгнула она
И повисла над стремниной,
Где застыла крутизна:
Там под ней утес громадный,
А за нею враг нещадный.
В страхе взор она подъемлет --
О пощаде молит он;
Но напрасно: враг не внемлет,
Самострел уж наведен...
Вдруг восстал из бездны черной
Дух ущелий, старец горный.
И, газель своей рукою
Оградивши, перенес:
«Для чего сюда с собою
Смерть и ужас ты занес?
Вам ли тесно, персти чада!
Что ж мое ты гонишь стадо?»