Светел ликом: с смелой лирой,
Перед юностью цветущей
Пел старик худой и сирый.
«Я -- в пустыне вопиющий! --
Возглашал он. -- Всё придет!
Тише, ветреное племя!
Созидающее время
Всё с собою принесет!
Полно, дети, в тщетном гневе
Древо жизни потрясать!
Лишь цветы еще на древе!
Дайте плод им завязать!
Недозрев -- он полн отравы,
А созреет -- сам спадет
И довольства вам и славы
В ваши домы принесет».
Юность вкруг толкует важно,
На певца как зверь ярясь:
«Что он лирою продажной
Останавливает нас?
Подымайте камни, братья!
Лжепророка заклеймим!
Пусть народные проклятья
Всюду следуют за ним...»
Во дворец с своею лирой
Он пришел, к царю зовущий;
Громко пел, худой и сирый:
«Я -- в пустыне вопиющий!
Царь! вперед иди, вперед!
Век зовет! Созрело семя!
Созидающее время
Не прощает и не ждет!
Гонит ветер, мчит теченье!
Смело парус расправляй!
Божьей мысли откровенье
В шуме бури угадай!
Просияй перед народом
Этой мысли торжеством --
И пойдет спокойным ходом
Он за царственным вождем!»
Внял владыко... Онемели
Царедворцы и с тоской
Шепчут: «Как недосмотрели!
Как он смел? Кто он такой?
Что за бредни он городит!
Соблазняет лишь людей
И царя в сомненье вводит...
На цепь дерзкого скорей!»
И в тюрьме, с спокойной лирой,
Тих пред силою гнетущей,
Пел старик худой и сирый:
«Я -- в пустыне вопиющий!
Долг свершен. Пророк молчит.
Честно снес он жизни бремя...
Созидающее время
Остальное довершит».