Полонский! суждено опять судьбою злою Нам розно дни влачить; Меж тем моя душа сроднилась уж с тобою -- Ей нужно так любить!
Да! в мире для нее нужна душа другая, Которой бы порой Хоть знак подать, что мы, друг друга понимая, Свершаем путь земной!
И часто я, когда иду лесной опушкой И, прячася за ель, Стараюсь обмануть искусственною мушкой Пугливую форель,
И предо мной шумит ручей студеноводный, А ров, где льется он, Уж тени полн, и пар над ним бежит холодный, Меж тем как озарен
Вверху растущий лес последним солнца светом, -- От сердца полноты Я б перемолвиться желал тогда с поэтом, И думаю -- где ты?
Где ты?.. О, боже мой! ты там, где в оны годы Беспечно я бродил... Прости невольный вздох!.. полуденной природы И Рим я не забыл!..
Обломки красные средь рощи кипарисной, Под небом голубым, -- Величием своим и грязью живописной Он по душе мне, Рим!
Как часто на конях мы римскою долиной Неслись во весь опор; Коней остановив, снимали вид руины И очерк дальних гор,
И града вечного в тумане купол гордый, А там водопровод И черных буйволов к нам поднятые морды В осоке, из болот...
И эти городки, куда в веселье диком, Как будто ошалев, Врывались мы потом, преследуемы криком Старух, детей и дев...
Там с громом подскакав к радушной австерии, Суровых поселян Напаивали мы, крича «ура!» России, Ругая Ватикан
И вековой союз монахов и германцев... А пламенный народ На ветреную речь безвестных чужестранцев, Бывало, слезы льет...
Средь этих шалостей высокий труд и дума, Вазари и Тацит, И сладостный певец Тибура и Пестума, И Дант, и Феокрит...
А ночи лунные в руинах Колизея!.. Мне кажется теперь, Что игры зверские я видел и, немея, Внимал, как злится зверь,
Как шумно валит чернь, толкаясь, на ступени, При кликах торжества, А на арене две белеющие тени Ждут, обнимаясь, льва...
О, дни волшебные! о, годы золотые! О, как светла тогда Казалась наших дней над милою Россией Всходившая звезда!
Где ж сверстники мои? Где Штернберг? Где Иванов? Ставассер милый мой? Где наши замыслы? Где ряд блестящих планов? Где гений их живой?
Где пышные мечты о русском пантеоне, Где б наших имена Сиять должны в веках, как звезды в небосклоне, Как вечная весна?..
О, милые мои!.. Слезой не провожая, Как чуждых всем сирот, Их Рим похоронил, кого, увы! не зная, Земле он предает!..
А брат мой, милый брат... Ах, многие почили! И имя их звучит Воспоминанием какой-то чудной были, И сердце мне щемит...
Все сгибли, полные надеждами святыми И в блеске сил своих, И я, осиротев, я плачу и над ними, И над мечтами их!..
Ах, жизнь моя уже печалями богата; Уже за мной в пути Есть несколько могил, есть горе и утрата... Прости мне, друг, прости...
Я больше наводить тоски тебе не буду Непрошеной слезой, И в воды быстрые закидываю уду, На всё махнув рукой.
Cookies on Poetry Cove