Назвавши гостей, приготовил я яств благовонных,
В сосуды хрустальные налил вина золотого,
Убрал молодыми цветами свой стол, и, заране
Веселый, что скоро здесь клики и смех раздадутся,
Вокруг я ходил, поправляя приборы, плоды и гирлянды.
Но гости не и́дут никто... Изменила и ты, молодая
Царица стола моего, для которой нарочно
Я лучший венок приготовил из лилий душистых,
Которой бы голос и яркие очи, уста и ланиты
Служили бы солнцем веселости общей, законом
И сладкой уздой откровенному Вакху... Что ж делать?
Печально гляжу я на ясные свечи, ряд длинный приборов...
А где же друзья? Где она?.. Отчего не явилась?.. Быть может...
Ведь женское сердце и женская клятва что ветер...
Эх, сяду за кубок один я... Один ли?.. А он, неотступный,
Зачем он, непрошеный гость, предо мною уселся,
С насмешкой глядит мне в глаза? И напрасно движенья
Досады и ревности скрыть перед ним я стараюсь...
Ох, трудно привыкнуть к нему, хоть давно мы знакомы!
Всё страшно в нем видеть свой образ, но только без сердца,
Без страсти и с вечно холодной логической речью...
Софист неотступный, оставь меня! Что тебе пользы,
Хирург беспощадный, терзать мою душу?..