Жили были / Сима с Петей. Сима с Петей / были дети. Пете 5 , / а Симе 7 -- и 12 вместе всем.
Петин папа / был преважным: в доме жил пятиэтажном и, как важный господин, в целом доме / жил один.
Очень толстый, / очень лысый, злее самой злющей крысы. В лавке сластью торговал, даром сласти не давал.
Сам себе под вечер в дом сто пакетов нес с трудом, а за папой, / друг за другом, сто корзин несет прислуга.
Ест он, / с Петею деля, мармелад и кренделя. Съест / и ручкой маме машет: -- Положи еще, мамаша! --
Петя / взял / варенье в вазе, прямо в вазу мордой лазит. Грязен он, по-моему, как ведро с помоями.
Ест он целый день, / и глядь -- Пете некогда гулять. С час поковыряв в носу, спит в двенадцатом часу.
Дрянь и Петя / и родители: общий вид их отвратителен. Ясно / даже и ежу -- этот Петя / был буржуй.
Сима / тоже / жил с отцом, залихватским кузнецом. Папа -- сильный, / на заводе с молотками дружбу водит.
Он в любую из минут подымает пальцем пуд. Папа явится под вечер, поздоровавшись для встречи,
скажет маме: / -- Ну-ка, / щи нам с товарищем тащи! -- Кашу съев / да щи с краюшкой, пьют чаи цветастой кружкой.
У рабочих денег нету. Симе / в редкость есть конфету. Но зато / она и слаще, чем для Пети / целый ящик.
Чай попив, / во весь опор Сима с папой / мчат во двор. Симин папа / всех умнее, всё на свете он умеет.
Колесо нашел / и рад, сделал Симе самокат. Сима тоже деловит: у него серьезный вид.
Хоть ручонки и тонки, трудится вперегонки. Из мешка, / на радость всем, Сима сам смастачил шлем.
Красную надев звезду, Сима всех сумел бы вздуть! Да не хочет -- / не дерется! Друг ребячьего народца.
Сима чистый, / чище мыла. Мылся сам, / и мама мыла. Вид у Симы крепыша, пышет, радостью дыша.
Ровно в восемь / Сима спит. Спит, как надо -- / не сопит. Птицы с песней пролетали, пели: / «Сима -- пролетарий!»
Петя, / выйдя на балкончик, жадно лопал сладкий пончик: словно дождик по трубе, льет варенье по губе.
Четверней лохматых ног шел мохнатенький щенок. Сел. / Глаза на Петю вскинул: -- Дай мне, Петя, половину!
При моем щенячьем росте не угрызть мне толстой кости. Я сильнее прочих блюд эти пончики люблю.
Да никак не купишь их: заработков никаких. -- Но у Пети / грозный вид. Отвернуться норовит.
Не упросишь этой злюни. Щен сидит, / глотает слюни. Невтерпеж, / поднялся -- / скок, впился в пончиковый бок.
Петя, / посинев от злости, отшвырнул щенка за хвостик. Нос / и четверо колен об земь в кровь расквасил щен.
Омочив слезами садик, сел щенок на битый задик. Изо всех щенячьих сил нищий щен заголосил:
-- Ну, и жизнь -- / не пей, не жуй! Обижает нас буржуй. Выйди, зверь и птичка! Накажи обидчика! --
Вдруг, / откуда ни возьмись, сто ворон слетают вниз. Весь оскаленный, шакал из-за леса пришагал.
За шакалом / волочится разужасная волчица. А за ней, / на три версты распустив свои хвосты,
два огромных крокодила. Как их мама уродила?! Ощетинивши затылки, выставляя зубы-вилки
и подняв хвостища-плети, подступают звери к Пете. -- Ах, жадаба! / Ах ты, злюка! Уязви тебя гадюка!
Ах ты, злюка! / Ах, жадаба! Чтоб тебя сожрала жаба! Мы / тебя / сию минутку, как поджаренную утку,
так съедим / или ина́че. Угнетатель ты зверячий! -- И шакал, / как только мог, хвать пузана / за пупок!
Тут / на Петю / понемногу крокодил нацелил ногу и брыкнул, / как футболист. -- Уходи! / Катись! / Вались! --
Плохо Пете. / Пете больно. Петя мчит, / как мяч футбольный. Долетел, / от шишек страшный, аж / до Сухаревой башни.
Для принятья строгих мер -- к Пете милиционер. Говорит он грозно Пете: -- Ты ж не на велосипеде!
Что ты скачешь, дрянный мальчик? Ты ведь мальчик, / а не мячик. Беспорядки! / Сущий яд -- дети этих буржуят!
Образина милая, как твоя фамилия? -- Петя стал белей, чем гусь: -- Петр Буржуйчиков зовусь.
-- Где живешь, / мальчишка гадкий? -- На Собачьевой / площадке. -- Собеседник Петю взял, вчетверо перевязал,
затянул покрепче узел, поплевал ему на пузо. Грозно / вынул / страшный страж свой чернильный карандаш,
вывел адрес без помарки. Две / на зад / наклеил марки, а на нос / -- не зря ж торчать! -- сургучовую печать.
Сунул Петю / за щеку почтовому ящику. Щелка узкая в железе, Петя толст -- / пищит, да лезет.
-- Уважаемый папаша, получайте / чадо ваше! Сказка сказкой, / а щенок ковылял четверкой ног.
Ковылял щенок, / а мимо проходил известный Сима, получивший / от отца что-то вроде леденца.
Щений голод видит Сима, и ему / невыносимо. Крикнул, / выпятивши грудь: -- Кто посмел щенка отдуть?
Объявляю / к общей гласности: все щенята / в безопасности! Я защитник слабого и четверолапого. --
Взял конфету из-за щек. -- На́, товарищ! / ешь, щенок! -- Проглотил щенок / и стал кланяться концом хвоста.
Сел на ляжечки / и вот Симе лапу подает. -- Спасибо / от всей щенячьей души! Люби бедняков, / богатых круши!
Узнается из конфет, добрый мальчик / или нет. Животные домашние -- тебе / друзья всегдашние. --
Замолчал щенок, / и тут появляется верблюд. Зад широкий, / морда у́же, весь из шерсти из верблюжьей.
-- Я / рабочий честный скот, вот штаны, / и куртка вот! Чтобы их тебе принесть, сам / на брюхе / выстриг шерсть.
А потом пришел рабочий, взял с собою / шерсти клочья. Чтобы шерсть была тонка, день работал у станка. --
За верблюдиной баранчик преподносит барабанчик собственного пузыря. -- Барабаньте, чуть заря! --
А ближайший красный мак, цветший, как советский флаг, не подавши даже голоса, сам / на Симу прикололся.
У зверей / восторг на морде: -- Это / Симе / красный орден! -- Смех всеобщий пять минут. В это время, / тут как тут,
шла четверка / из ребят, развеселых октябрят. Ходят час, / не могут стать. -- Где нам пятого достать?
Как бы нам помножиться? -- Обернули рожицы. Тут фигура Симина. -- Вот кто нужен именно! --
Храбрый, / добрый, / сильный, / смелый! Видно -- красный, / а не белый. И без всяких разногласий обратился к Симе Вася:
-- Заживем пятеркой братской, звездочкою октябрятской? -- Вася, / Вера, / Оля, / Ваня с Симой ходят, барабаня.
Щеник, / радостью пылая, впереди несется, лая. Перед ними / автобусы рассыпаются, как бусы.
Вся милиция / как есть отдает отряду честь. Сказка сказкою, / а Петя едет, как письмо, в пакете.
Ехал долго он и еле был доставлен в две недели. Почтальон промеж бумажками сунул в сумку вверх тормашками.
Проработав три часа, начал путать адреса. Сдал, разиня из разинь, не домой, а в магазин.
Петя, / скисши от поста, распечатался и встал. Петя / плоский, как рубли. Он уже не шар, / а блин.
Воскресенье -- / в лавке пусто. Петя / вмиг приходит в чувство и, взглянув на продовольствие, расплывается от удовольствия.
Рот раскрыл, / слюна на нем. -- Ну, -- сказал, -- / с чего начнем? Запустил в конфеты горсти и отправил в рот для скорости.
Ел он, ел / и еле-еле все прикончил карамели. Петя, переевши сласть, начал в пастъ закуски класть
и сожрал по сей причине все колбасы и ветчины. Худобы в помине нет, весь налился, / как ранет.
Все консервы Петя ловкий скушал вместе с упаковкой. Все глотает, не жуя: аппетит у буржуя!
Без усилий / и без боли съел четыре пуда соли. Так наелся, / что не мог устоять на паре ног.
Петя думает: / «Ну, что же! Дальше / буду / кушать лежа». Нет еды, / но он не сыт, слопал гири и весы.
Видано ли это в мире, чтоб ребенок / лопал гири?! Петя -- / жадности образчик; гири хрустнули, / как хрящик.
Пузу отдыха не дав, вгрызся он в железный шкаф. Шкаф сжевал / 0и новый ищет... Вздулся вербною свинищей.
С аппетитом сладу нет. Взял / губой / велосипед -- съел колеса, / ест педали... Тут их только и видали!
Но не сладил Петя бедный с шиною велосипедной С грустью / объявляю вам: Петя / лопнул пополам.
Дом / в минуту / с места срыв, загремел ужасный взрыв. Люди прыгают, дрожа. «Это, -- думают, -- пожар!»
От вели́ка до мала́ все звонят в колокола. Вся в сигналах каланча, все насосы волочат.
Подымая тучи пыли, носятся автомобили. Кони десяти мастей. Сбор пожарных всех частей.
Впереди / на видном месте вскачь несется / сам брандмейстер. Сказка сказкою, / а Сима ходит городом / и мимо.
Вместе с Симою в ряд весь отряд октябрят. Все живут в отряде дружно, каждый делает что нужно, --
как товарищ, / если туго, каждый / выручит друг друга. Радуется публика -- детская республика.
Воскресенье. / Сима рад, за город ведет отряд. В небе флаг полощется, дети вышли в рощицу.
Дети сели на лужок, надо завтракать ужо. Сима, к выдумкам востер, в пять минут разжег костер.
Только уголь заалел, стал картошку печь в золе. Почернел картошкин бок. Сима вынул, / 0крикнул: / -- Спёк! --
Но печален голос Оли: -- Есть картошка, / нету соли. -- Плохо детям, / хоть кричи, приуныли, как грачи.
Вдруг / раздался страшный гром. Дети / стихли впятером. Луг и роща в панике. Тут / к ногам компанийки
в двух мешках упала соль -- ешь, компания, / изволь! Вслед за солью / с неба / градом монпасье / с доставкой на дом.
Льет и сыплет, / к общей радости, булки всякие / и сладости. Смех средь маленького люда: -- Вот так чудо! / чудо-юдо!
Нет, / не чудо это, дети, а -- из лопнувшего Пети. Все, что лопал Петя толстый, рассыпается на версты.
Липнем льет / и валит валом -- так беднягу разорвало. Масса хлеба, / сласти масса -- и сосиски, / и колбасы!
Сели дети, / и отряд съел с восторгом всё подряд. Пир горою и щенку: съест / и вновь набьет щеку --
кожицею от колбаски. Кончен пир -- / конец и сказке. Сказка сказкою, / а вы вот сделайте из сказки вывод.
Полюбите, дети, труд -- как написано тут. Защищайте / всех, кто слаб, от буржуевых лап.
Вот и вырастете -- / истыми силачами-коммунистами.
Cookies on Poetry Cove