По хлебным пусть местам летит, пусть льется песня басом. Два брата жили. Старший Тит жил с младшим братом Власом.
Был у крестьян у этих дом превыше всех домишек. За домом был амбар, и в нем всегда был хлеба лишек.
Был младший, Влас, умен и тих. А Тит был глуп, как камень. Изба раз расползлась у них, пол гнется под ногами.
«Смерть без гвоздей, -- промолвил Тит, хоша мильон заплотишь, не то, что хату сколотить, и гроб не заколотишь».
Тит горько плачет без гвоздей, а Влас обдумал случай и рек: «Чем зря искать везде, езжай, брат, в город лучше».
Телега молнией летит. Тит снарядился скоро. Гвоздей достать поехал Тит в большой соседний город.
Приехал в этот город Тит и с грустью смотрит сильной: труба чего-то не коптит над фабрикой гвоздильной.
Вбегает за гвоздями Тит, но в мастерской холодной рабочий зря без дел сидит. «Я, -- говорит, -- голодный.
Дай, Тит, рабочим хлеб взаймы, мы здесь сидим не жравши, а долг вернем гвоздями мы крестьянам, хлеба давшим».
Взъярился Тит: «Не дам, не дам я хлеба дармоеду. Не дам я хлеба городам, и без гвоздя доеду».
В село обратно Тит летит, -- от бега от такого свалился конь. И видит Тит: оторвалась подкова.
Пустяк ее приколотить, да нету ни гвоздишка. И стал в лесу в ночевку Тит, и Тит, и лошадишка.
Нет ни коня, ни Тита нет... Селом ходили толки, что этих двух во цвете лет в лесу сожрали волки.
Телега снова собралась. Не вспомнив Тита даже, в соседний город гонит Влас, -- нельзя им без гвоздя же.
Вбежал в гвоздильню умный Влас, рабочий дышит еле. «Коль хлеб не получу от вас, умру в конце недели».
Влас молвил, Тита поумней. «Ну что ж, бери, родимый, наделаешь гвоздей и мне ужо заплатишь ими».
Рабочий сыт, во весь свой пыл в трубу дымище гонит. Плуги, и гвозди, и серпы деревне мчит в вагоне.
Ясней сей песни нет, ей-ей, кривые бросим толки. Везите, братцы, хлеб скорей, чтоб вас не съели волки.
Cookies on Poetry Cove