В сто сорок солнц закат пылал, в июль катилось лето, была жара, / жара плыла -- на даче было это.
Пригорок Пушкино горбил Акуловой горою, а низ горы -- / деревней был, кривился крыш корою.
А за деревнею -- / дыра, и в ту дыру, наверно, спускалось солнце каждый раз, медленно и верно.
А завтра / снова / мир залить вставало солнце ало. И день за днем / ужасно злить меня / вот это / стало.
И так однажды разозлясь, что в страхе все поблекло, в упор я крикнул солнцу: / «Слазь! довольно шляться в пекло!»
Я крикнул солнцу: / «Дармоед! занежен в облака ты, а тут -- не знай ни зим, ни лет, сиди, рисуй плакаты!»
Я крикнул солнцу: / «Погоди! послушай, златолобо, чем так, / без дела заходить, ко мне / на чай зашло бы»
Что я наделал! / Я погиб! Ко мне, / по доброй воле, само, / раскинув луч-шаги, шагает солнце в поле.
Хочу испуг не показать -- и ретируюсь задом. Уже в саду его глаза. Уже проходит садом.
В окошки, / в двери, / в щель войдя, валилась солнца масса, ввалилось; / дух переведя, заговорило басом:
«Гоню обратно я огни впервые с сотворенья. Ты звал меня? / Чаи? гони, гони, поэт, варенье!»
Слеза из глаз у самого -- жара с ума сводила, но я ему -- / на самовар: «Ну что ж, / садись, светило!»
Черт дернул дерзости мои орать ему, -- / сконфужен, я сел на уголок скамьи, боюсь -- не вышло б хуже!
Но странная из солнца ясь струилась, -- /и степенность забыв, / сижу, разговорясь с светилом постепенно.
Про то, / про это говорю, что-де заела Роста, а солнце: / «Ладно, / не горюй, смотри на вещи просто!
А мне, ты думаешь, / светить легко? / -- Поди, попробуй! -- А вот идешь -- / взялось идти, идешь -- и светишь в оба!»
Болтали так до темноты -- до бывшей ночи то есть. Какая тьма уж тут? / На ты» мы с ним, совсем освоясь.
И скоро, / дружбы не тая, бью по плечу его я. А солнце тоже: / «Ты да я, нас, товарищ, двое!
Пойдем, поэт, / взорим, / вспоем у мира в сером хламе. Я буду солнце лить свое, а ты -- свое, / стихами».
Стена теней, / ночей тюрьма под солнц двустволкой пала. Стихов и света кутерьма -- сияй во что попало!
Устанет то, / и хочет ночь прилечь, / тупая сонница. Вдруг -- я / во всю светаю мочь -- и снова день трезвонится.
Светить всегда, / светить везде, до дней последних донца, светить -- / и никаких гвоздей! Вот лозунг мой -- / и солнца!
Cookies on Poetry Cove