Украсьте цветами! / Во флаги здания!
Снимите кепку, / картуз / и шляпу:
британский лев / в любовном признании
нам / протянул / когтистую лапу.
И просто знать, / и рабочая знать
годы гадала -- / «признать -- не признать?»
На слом сомненья! / Раздоры на слом!
О, гряди
послом,
О’Греди!
Но русский / в ус усмехнулся капризно:
«Чего, мол, особенного -- / признан так признан!»
Мы славим / рабочей партии братию,
но... / не смиренных рабочих Георга.
Крепи РКП , рабочую партию, --
и так запризнают, / что любо-дорого!
Ясна / для нас / дипломатия лисьина:
чье королевство / к признанью не склонится?!
Признанье это / давно подписано
копытом / летящей / буденновской конницы.
Конечно, / признание дело гуманное.
Но кто ж / о признании не озаботится?
Народ / не накормишь небесною манною.
А тут / такая / на грех / безработица.
Зачем... / почему / и как... / и кто вот...
признанье / -- теперь! -- / осмеет в колебаньи,
когда / такой у Советов довод,
как зрелые хлебом станицы Кубани!
А, как известно, / в хорошем питании
нуждаются / даже лорды Британии.
И руку пожмем, / и обнимемся с нею.
Но мы / себе / намотаем на ус:
за фраком лордов / впервые синеют
20 000 000 рабочих блуз.
Не полурабочему, полулорду
слава признанья. / Возносим славу --
красной деревне, / красному городу,
красноармейцев железному сплаву!