Били копыта./ Пели будто:
-- Гриб. / Грабь. / Гроб. / Груб. --
Ветром опита,/ льдом обута,
улица скользила. / Лошадь на круп
грохнулась, / и сразу / за зевакой зевака,
штаны пришедшие Кузнецким клёшить,
сгрудились, / смех зазвенел и зазвякал:
-- Лошадь упала! -- / -- Упала лошадь! --
Смеялся Кузнецкий. / Лишь один я
голос свой не вмешивал в вой ему.
Подошел / и вижу / глаза лошадиные...
Улица опрокинулась, / течет по-своему...
Подошел и вижу -- / за каплищей каплища
по морде катится, / прячется в шерсти...
И какая-то общая / звериная тоска плеща
вылилась из меня / и расплылась в шелесте.
«Лошадь, не надо. / Лошадь, слушайте --
чего вы думаете, что вы их плоше?
Деточка, / все мы немножко лошади,
каждый из нас по-своему лошадь».
Может быть / -- старая -- / и не нуждалась в няньке,
может быть, и мысль ей моя казалась пошла,
только / лошадь / рванулась, / встала на ноги,
ржанула / и пошла.
Хвостом помахивала. / Рыжий ребенок.
Пришла веселая, / стала в стойло.
И все ей казалось -- / она жеребенок,
и стоило жить, / и работать стоило.