Царя вспоминаю -- / и меркнут слова. Дух займет, / и если просто «главный». А царь -- / не просто / всему глава, а даже -- / двуглавный.
Он сидел / в коронном ореоле, царь людей и птиц... / -- вот это чин! -- и как полагается / в орлиной роли, клюв и коготь / на живье точил.
Точит / да косит глаза грозны! Повелитель / жизни и казны. И свистели / в каждом / онемевшем месте плетищи / царевых манифестин.
«Мы! мы! мы! Николай вторый! двуглавый повелитель / России-тюрьмы и прочей тартарары,
царь польский, / князь финляндский, принц эстляндский / и барон курляндский, издевающийся / и днем и ночью над Россией / крестьянской и рабочей...
и прочее, / и прочее, / и прочее...» Десять лет / прошли -- / и нет. Память / о прошлом / временем грабится... Головкой русея,
-- вижу -- / детям / показывает шкрабица комнаты / ревмузея. -- Смотрите, / учащие / чистописание и черчение, вот эта бумажка -- / царское отречение.
Я, мол, / с моим народом -- / квиты. Получите мандат / без всякой волокиты. Как приличествует его величеству,
подписал, / поставил исходящий номер -- и помер. И пошел / по небесной / скатерти-дорожке, оставив / бабушкам / ножки да рожки.
-- А этот... / не разберешься -- / стул или стол, с балдахинчиками со всех сторон? -- Это, дети, / называлось «престол отечества» / или -- / «трон».
«Плохая мебель!» -- как говорил Бебель. -- А что это за вожжи, / и рваты и просты? -- Сияют дети / с восторга и мления.
-- А это, дети, / называлось / «бразды правления». Корона -- / вот этот ночной горшок, бриллиантов пуд -- / устанешь носивши. --
И морщатся дети: / -- Нехорошо! Кепка и мягше / и много красивше. Очень неудобная такая корона... Тетя, / а это что за ворона?
Двуглавый орел / под номером пятым. Поломан клюв, / острижены когти. Как видите, / обе шеи помяты... Тише, дети, / руками не трогайте! --
И смотрят / с удивлением / Маньки да Ванятки на истрепанные / царские манатки.
Cookies on Poetry Cove