Вынув бумажник из-под хвостика фрака,
добрейший / Федор Иваныч Шаляпин
на русских безработных / пять тысяч франков
бросил / на дно / поповской шляпы.
Ишь сердобольный, / как заботится!
Конешно, / плохо, если жмет безработица.
Но... / удивляют получающие пропитанье.
Почему / у безработных / званье капитанье?
Ведь не станет / лезть / морское капитанство
на завод труда / и в шахты пота.
Так чего же ждет / Евлогиева паства,
и какая / ей / нужна работа?
Вот если / за нынешней / грозою нотною
пойдет война / в орудийном аду --
шаляпинские безработные
живо / себе / работу найдут.
Впервые / тогда / комсомольская масса,
раскрыв / пробитые пулями уши,
сведет / знакомство / с шаляпинским басом
через бас / белогвардейских пушек.
Когда ж / полями, / кровью политыми,
рабочие / бросят / руки и ноги, --
вспомним тогда / безработных митрополита
Евлогия.
Говорят, / артист -- / большой ребенок.
Не знаю, / есть ли / у Шаляпина бонна.
Но если / бонны / нету с ним,
мы вместо бонны / ему объясним.
Есть класс пролетариев / миллионногорбый
и те, / кто покорен фаустовскому тельцу.
На бой / последний / класса оба
сегодня / сошлись / лицом к лицу.
И песня, / и стих -- / это бомба и знамя,
и голос певца / подымает класс,
и тот, / кто сегодня / поет не с нами,
тот -- / против нас.
А тех, / кто под ноги атакующим бросится,
с дороги / уберет / рабочий пинок.
С барина, / с белого / сорвите, наркомпросцы,
народного артиста / красный венок!