Владеешь нами двадцать лет, Иль лучше, льешь на нас щедроты, Монархиня, коль благ совет Для россов вышния доброты!
О коль к нам склонны небеса! О коль преславны чудеса! Геройского восходы следы Приосеняет благодать;
Война и мир дают победы: О боже, чем тебе воздать? Еще, еще бодрись, воспой, Златая лира, дщерь Петрову,
Гласи и брани и покой; И, силу восприявши нову, В преклонной век мой возлетай, Младые лета превышай.
Она щедроты умножает, Ты возноситься не престань; Ей свет довольства посвящает, И ты сугубь желаний дань.
Красуйся в сей блаженный час, Как вдруг триумфы воссияли; Тем вяще озарили нас, Чем были мрачнее печали.
О радость, дай воспомянуть! О радость, дай на них взглянуть! Мы больше чувствуем отрады, Как скорьби видим за тобой:
Злочастья ненавистны взгляды Любезный красят образ твой. Безгласна видя на одре Защитника, отца, героя,
Рыдали россы о Петре; Везде наполнен воздух воя, И сетовали все места: Земля казалася пуста;
Взглянуть на небо -- не сияет; Взглянуть на реки --не текут, И гор высокость оседает; Натуры всей пресекся труд.
Екатерине скиптр вручен Отечеством и домом править: Народ наш тщился ободрен Трудов Петровых не оставить.
Но ах, свирепа наша часть! Любезная нам жизнь и власть И мужеск пол за ней пресекся; И унывающий народ
В печали вретище облекся, Что отлучен Петров был плод. Ужасны хляби, стремнины Стоят против Петровой дщери,
И твердость тяжкия стены, И ввек заклепанные двери, И непроходных страх морей Лишают нас надежды всей;
Нет способа и нет совета! Но вышний наш услышал глас: Великая Елисавета Се царствует и щедрит нас.
Поставил бог и россов дух, И не подвигнется вовеки. Какая речь пленяет слух: Гласят моря, леса и реки,
Там нимфы повторяют речь, Как встречу ей спешили течь: «Кто ты? Минерва иль Диана? Кто мать тебе и кто отец?
Богиней в свете быть избранна, Достойная носить венец! Не ты ли, коей долго ждем, Желаем, льем потоки слезны?
Она и станом и лицем; Екатеринин взор любезный, Подобие и дух Петров, Отрада наша и покров».
О дщери росские, играйте: Надежда ваша вас не льстит, И с удовольствием внимайте, Что вам богиня говорит.
«На отческой престол всхожу Спасти от злобы утесненных И щедрой властью покажу Свой род, умножу просвещенных.
Моей державы кротка мочь Отвергнет смертной казни ночь; Владеть хочу зефира тише; Мои все мысли и залог
И воля, данная мне свыше, В устах прощенье, в сердце бог». О делом совершенный глас! Благодеяние твоя держава,
Щедрот исполнен всякой час! Едина токмо брань кровава Принудила правдивой меч Противу гордости извлечь,
Как стену росску грудь поставить В защиту дружеских держав И от насильных рук избавить, В союзе верность показав.
Как вожделенный солнца луч Хотя не престая сияет; Скрывается от мрачных туч И не повсюду согревает;
Подобно милосерда власть, Любя себе врученну часть, Сияние дает всечасно, Чтоб греть и освещать народ;
Но терпит действие прекрасно Урон от бранных непогод. Необходимая судьба Во всех народах положила,
Дабы военная труба Унылых к бодрости будила, Чтоб в недрах мягкой тишины Не зацвели водам равны,
Что вкруг защищены горами, Дубравой, неподвижны спят И под ленивыми листами Презренной производят гад.
Война плоды свои растит, Героев в мир рождает славных, Обширных областей есть щит, Могущество крепит державных.
Воззрим на древни времена; Российска повесть тем полна, Уже из тьмы на свет выходит, За ней великих полк мужей,
Что на театр всесветный взводит Одетых солнечной зарей. Се бодрый воин Святослав Славян и скифов с печенеги
И болгар с турками собрав, Дунайски наполняет бреги; И победитель всем гласит: «Здесь сердце стран моих лежит:
Смарагды, шелк дают мне греки, Вино и злато угров труд; Народ и хлеб велики реки, Что в Отчестве моем текут».
Ему геройством равный сын Владимир, превосходный верой, Войной и миром исполин, Отмстив за брата равной мерой,
С Дунайских и до Камских вод Вливает свет Христов в народ; Счетав с любовью постоянство, Густую разбивает тень;
На Перуна и на поганство Ступив, восшедший кажет день. Не то ли храбрый Мономах? Он меч вознес на Византию,
И Комнин, облеченный в страх, Венец взлагает на Россию. Там плещут Невски берега, Низвергнув дерзкого врага
Петрова мужеством предтечи: От Запада защитник он. Се Дмитриевы сильны плечи Густят татарской кровью Дон.
Тезоименны дед и внук Разбитые бросают узы И кажут всей вселенной вкруг Державу, права, меч, союзы:
Там равный сродник Алексей, О Висла, до твоих зыбей Границы дел своих поставил, Прошел бы далей; мало жил!
Но плод геройских дел оставил, Какого сына он родил! Бодрись, мой дух, смотри, внимай: Сквозь дым небесный луч блистает!
Сквозь волны, пламень вижу рай; Там бог десницу простирает И крепость неизмерных сил, Петру на свете поручил:
«Низвергни храбростью коварство, Войнами укроти войны, Одень оружьем новым царство, Полночны оживи страны».
Ведет творец, он идет вслед; Воздвиг нас. Россы, ускоряйте, На образ в знак его побед Рифейски горы истощайте:
Дабы его бессмертный лик, Как солнце светел и велик, Сиял во все концы земныя, От неизвестных зрим был мест,
И небу равная Россия Казала дел коль много звезд. Посмотрим в Западны страны: От стрел российския Дианы
Из превеликой вышины Стремглавно падают титаны; Ты, Мемель, Франкфурт и Кистрин, Ты, Швейдниц, Кенигсберг, Берлин,
Ты, звук летающего строя, Ты, Шпрея, хитрая река, Спросите своего героя: Что может росская рука.
Великая Елисавет И силу кажет и державу; Но в сердце держит сей совет: Размножить миром нашу славу,
И выше как военной звук Поставить красоту наук. По мне, хотя б руно златое Я мог, как Язон, получить,
То б музам, для житья в покое, Не усумнелся подарить. В войну кипит с землею кровь, И суша с морем негодует;
Владеет в мирны дни любовь, И вся натура торжествует. Там заглушают мысли шум; Здесь красит все довольства ум.
Се милость истинну сретает, Воззрите, смертны, в высоту! И правда тишину лобзает, Я вижу вечну красоту.
Среди разгнанных мрачных бурь Всего пресветлее сияет Вокруг и злато и лазурь; Всесильный Мир себя являет:
Оливна ветвь, лавр, слава, меч! Внимай, подсолнечная, речь: «Петрова дщерь вам ввек залогом. Я жив и обладает Петр,
Пребуду вечно вашим богом, И, как Елисавета, щедр».
Cookies on Poetry Cove