Как судьба -- мне страданье она принесла.
И я проклял -- ее -- как судьбу.
Но с проклятьем не свергнул я муки и зла,
Я о смерти молил -- и она умерла.
Я хочу ее видеть в гробу.
И вошел я в причудливо-убранный зал,
Где в цветах возлежала она.
И взглянул на нее, и по имени звал.
Но под белой парчею ее покрывал
Был покой непробудного сна.
Так бесстрастна казалась она и чиста.
Кто-то светлый ее осенил.
Как живые -- алели и рдели уста,
Но хотелось сказать: ты не та, ты не та!
Ты под властью непознанных сил!
И скорбел я о том, что положат ее
В непорочном уборе невест.
И не знало, не ведало сердце мое,
Что, с любовью и верой молясь за нее,
Ей дадут ограждающий крест.
Долго ждал и страдал я, безумье тая,
И настал предуказанный час.
Я иду, я спешу, о, невеста моя.
Ты в земле, ты -- одна, ты забыта, как я,
Для вражды, сожигающей нас!
Я пришел. Я прокрался как призрак ночной.
Я забыл, я не ведал о том, --
Что бессилен мой заступ пред волей иной,
Что навеки ее разлучили со мной,
Что ее оградили крестом!