Это случилось в последние годы могучего Рима, Царствовал грозный Тиверий и гнал христиан беспощадно; Но ежедневно на месте отрубленных ветвей, у древа Церкви христовой юные вновь зеленели побеги.
В тайной пещере, над Тибром ревущим, скрывался в то время Праведный старец, в посте и молитве свой век доживая; Бог его в людях своей благодатью прославил. Чудный он дар получил: исцелять от недугов телесных
И от страданий душевных. Рано утром, однажды, Горько рыдая, приходит к нему старуха простого Звания, -- с нею и муж ее, грусти безмолвной исполнен, Просит она воскресить ее дочь, внезапно во цвете
Девственной жизни умершую... -- «Вот уж два дня и две ночи, -- Так она говорила, -- мы наших богов неотступно Молим во храмах и жжем ароматы на мраморе хладном, Золото сыплем жрецам их и плачем, -- но всё бесполезно!
Если бы знал ты Виргинию нашу, то жалость стеснила б Сердце твое, равнодушное к прелестям мира! Как часто Дряхлые старцы, любуясь на белые плечи, волнистые кудри, На темные очи ее, молодели; и юноши страстным
Взором ее провожали, когда, напевая простую Песню, амфору держа над главой осторожно, тропинкой К Тибру спускалась она за водою... иль в пляске, Перед домашним порогом, подруг побеждала искусством,
Звонким, ребяческим смехом родительский слух утешая... Только в последнее время приметно она изменилась; Игры наскучили ей, и взор отуманился думой; Из дому стала она уходить до зари, возвращаясь
Вечером темным, и ночи без сна проводила... При свете Поздней лампады я видела раз, как она, на коленах, Тихо, усердно и долго молилась, -- кому? -- неизвестно! Созвали мы стариков и родных для совета; решили...»
Cookies on Poetry Cove