Хотя услуга нам при нужде дорога, Но за нее не всяк умеет взяться: Не дай бог с дураком связаться! Услужливый дурак опаснее врага.
Жил некто человек безродный, одинокой, Вдали от города, в глуши. Про жизнь пустынную, как сладко ни пиши, А в одиночестве способен жить не всякой:
Утешно нам и грусть и радость разделить. Мне скажут: «А лужок, а темная дуброва, Пригорки, ручейки и мурава шелкова?» -- «Прекрасны, что и говорить!
А все прискучится, как не с кем молвить слова». Так и Пустыннику тому Соскучилось быть вечно одному. Идет он в лес толкнуться у соседей,
Чтоб с кем-нибудь знакомство свесть. В лесу кого набресть, Кроме волков или медведей? И точно, встретился с большим Медведем он,
Но делать нечего: снимает шляпу, И милому соседушке поклон. Сосед ему протягивает лапу, И, слово за слово, знакомятся они,
Потом дружатся, Потом не могут уж расстаться И целые проводят вместе дни. О чем у них, и что бывало разговору,
Иль присказок, иль шуточек каких, И как беседа шла у них, Я по сию не знаю пору. Пустынник был неговорлив;
Мишук с природы молчалив: Так из избы не вынесено сору. Но как бы ни было, Пустынник очень рад, Что дал ему бог в друге клад.
Везде за Мишей он, без Мишеньки тошнится, И Мишенькой не может нахвалиться. Однажды вздумалось друзьям В день жаркий побродить по рощам, по лугам,
И по долам, и по горам; А так как человек медведя послабее, То и Пустынник наш скорее, Чем Мишенька, устал
И отставать от друга стал. То видя, говорит, как путный, Мишка другу: «Приляг-ка, брат, и отдохни, Да коли хочешь, так сосни;
А я постерегу тебя здесь у досугу». Пустынник был сговорчив: лег, зевнул, Да тотчас и заснул. А Мишка на часах -- да он и не без дела:
У друга на нос муха села. Он друга обмахнул; Взглянул, А муха на щеке; согнал, а муха снова
У друга на носу, И неотвязчивей час от часу. Вот Мишенька, не говоря ни слова, Увесистый булыжник в лапы сгреб,
Присел на корточки, не переводит духу, Сам думает: «Молчи ж, уж я тебя, воструху!» -- И, у друга на лбу подкарауля муху, Что силы есть -- хвать друга камнем в лоб!
Удар так ловок был, что череп врозь раздался, И Мишин друг лежать надолго там остался!
Cookies on Poetry Cove