Лжец

Из дальних странствий возвратясь, Какой-то дворянин (а может быть, и князь), С приятелем своим пешком гуляя в поле, Расхвастался о том, где он бывал,

И к былям небылиц без счету прилагал. «Нет,-- говорит,-- что я видал, Того уж не увижу боле. Что здесь у вас за край?

То холодно, то очень жарко, То солнце спрячется, то светит слишком ярко. Вот там-то прямо рай! И вспомнишь, так душе отрада!

Ни шуб, ни свеч совсем не надо: Не знаешь век, что есть ночная тень, И круглый божий год все видишь майский день. Никто там ни садит, ни сеет:

А если б посмотрел, что там растет и зреет! Вот в Риме, например, я видел огурец: Ах, мой творец! И по сию не вспомнюсь пору!

Поверишь ли? Ну, право, был он с гору».-- «Что за диковина!-- приятель отвечал,-- На свете чудеса рассеяны повсюду; Да не везде их всякий примечал.

Мы сами вот теперь подходим к чуду, Какого ты нигде, конечно, не встречал, И я в том спорить буду. Вон, видишь ли через реку тот мост,

Куда нам путь лежит? Он с виду хоть и прост, А свойство чудное имеет: Лжец ни один у нас по нем пройти не смеет; До половины не дойдет --

Провалится и в воду упадет; Но кто не лжет, Ступай по нем, пожалуй, хоть в карете».-- «А какова у вас река?» --

«Да не мелка. Так видишь ли, мой друг, чего-то нет на свете! Хоть римский огурец велик, нет спору в том, Ведь с гору, кажется, ты так сказал о нем?» --

«Гора хоть не гора, но, право, будет с дом».-- «Поверить трудно! Однакож как ни чудно, А все чуден и мост, по коем мы пойдем,

Что он Лжеца никак не подымает; И нынешней еще весной С него обрушились (весь город это знает) Два журналиста да портной.

Бесспорно, огурец и с дом величиной Диковинка, коль это справедливо».-- «Ну, не такое еще диво; Ведь надо знать, как вещи есть:

Не думай, что везде по-нашему хоромы; Что там за домы: В один двоим за нужду влезть, И то ни стать, ни сесть!» --

«Пусть так, но все признаться должно, Что огурец не грех за диво счесть, В котором двум усесться можно. Однакож мост-ат наш каков,

Что Лгун не сделает на нем пяти шагов, Как тотчас в воду! Хоть римский твой и чуден огурец...» -- «Послушай-ка,-- тут перервал мой Лжец,--

Чем на мост нам идти, поищем лучше броду».