То не кукушка в роще темной Кукует рано на заре -- В Путивле плачет Ярославна, Одна, на городской стене:
«Я покину бор сосновый, Вдоль Дуная полечу, И в Каяль-реке бобровый Я рукав мой обмочу;
Я домчусь к родному стану, Где кипел кровавый бой, Князю я обмою рану На груди его младой».
В Путивле плачет Ярославна, Зарей, на городской стене: «Ветер, ветер, о могучий, Буйный ветер! что шумишь?
Что ты в небе черны тучи И вздымаешь и клубишь? Что ты легкими крылами Возмутил поток реки,
Вея ханскими стрелами На родимые полки?» В Путивле плачет Ярославна, Зарей, на городской стене:
«В облаках ли тесно веять С гор крутых чужой земли, Если хочешь ты лелеять В синем море корабли? Что же страхом ты усеял
Нашу долю? для чего По ковыль-траве развеял Радость сердца моего?» В Путивле плачет Ярославна,
Зарей, на городской стене: «Днепр мой славный! ты волнами Скалы половцев пробил; Святослав с богатырями
По тебе свой бег стремил, -- Не волнуй же, Днепр широкий, Быстрый ток студеных вод, Ими князь мой черноокий
В Русь святую поплывет». В Путивле плачет Ярославна, Зарей, на городской стене: «О река! отдай мне друга --
На волнах его лелей, Чтобы грустная подруга Обняла его скорей; Чтоб я боле не видала
Вещих ужасов во сне, Чтоб я слез к нему не слала Синим морем на заре». В Путивле плачет Ярославна,
Зарей, на городской стене: «Солнце, солнце, ты сияешь Всем прекрасно и светло! В знойном поле что сжигаешь
Войско друга моего? Жажда луки с тетивами Иссушила в их руках, И печаль колчан с стрелами
Заложила на плечах». И тихо в терем Ярославна Уходит с городской стены.
Cookies on Poetry Cove