Не страшна мне, добру молодцу,
Волга-матушка широкая,
Леса темные, дремучие,
Вьюги зимние-крещенские...
Уж как было: по темным лесам
Пировал я зимы круглые;
По чужим краям, на свой талан,
Погулял я, поохотился.
А по Волге, моей матушке,
По родимой, по кормилице,
Вместью с братьями за до́бычью
На край света летал соколом.
Но не Волга, леса темные,
Вьюги зимние-крещенские
Погубили мою голову,
Сокрушили мочь железную...
В некрещеном, славном городе,
На крутом, высоком острове
Живет девушка-красавица,
Дочка гостя новгородскова...
Она в тереме, что зорюшка,
Под окном сидит растворенным,
Поет песни задушевные,
Наши братские-отцовские.
«Ах, душа ль моя ты, душенька!
Что сидишь ты? Что ты думаешь?
Али речь моя не по сердцу?
Али батюшка спесивится?..
Не сиди, не плачь; ты кинь отца;
Ты беги ко мне из терема;
Мы с тобою, птицы вольные,
Жить поедем в Москву красную».