Окончив скитанья земные,
в преддверии райских селений
заводят свой спор пред Марией
две новопредставшие тени.
Одна неостывшие четки
рукою безгрешной сжимает;
потупив взор грустный и кроткий,
другая дитя обнимает.
«Мария! -- средь райских затиший
их ропот разносится в небе, --
Чей подвиг прекрасней и выше,
чем многострадальнее жребий?»
С улыбкой и светлой и строгой
на скорбные тени взирая,
им Матерь ответствует Бога,
им молвит Владычица Рая:
«Я ваших сомнений не знала, --
не ведая ложа и гроба,
я подвига оба прияла,
отвергла я жребия оба!»