От сна пробудившись, стыдливо краснея,
Аврора пред дерзким раскрыла врата,
пред ним озарился Восток, пламенея,
пред ним голубая стезя отперта!
Вот вспыхнули, дрогнув, и ось колесницы,
и дышло, и обод колес золотой,
как свет из лучей, серебристые спицы
мерцают, взбегают одна за другой.
Раскрыты бесшумно пурпурные сени,
где свежего утра сиянье зажглось,
сливаясь, лишь дрогнули черные тени,
с росистым дыханием роз.
Из врат растворенных, как тонкие стрелы,
лучи побежали в простор голубой,
где дремлет, как море, эфир онемелый,
где меркнет, сбегая, звезда за звездой!
Люцифер, зарей побежденный, мерцая,
последним уходит со стражи своей...
Тускнеют рога у Луны, угасая...
Но Горы спешат, запрягая коней!
Крылатые кони наполнили ржаньем
и двор, и чертог, из горячих ноздрей
огонь изрыгают, рвут узды с бряцаньем
и рвутся в дорогу... Скорее, скорей!..
С улыбкою детской, решимостью взора,
играя бичом, уж стоит Фаэтон;
и смотрит, сквозь слезы, бледнея, Аврора
на радость того, кто сгореть осужден.
Натянуты вожжи... Вот ось задрожала,
все скрылось, вокруг необъятен простор...
Далеко, далеко Заря заблистала,
и кони во весь понеслися опор.