Вчера в тени собора Santa Croce
мне некий муж торжественно предстал,
но в мир иной его глядели очи,
туда, где сумрак строгий сочетал
в один узор все арки и колонны,
и про себя молитву он шептал.
«Что ищешь здесь! -- спросил я изумленный, --
что в наш собор дух скорбный привело!» --
к пришельцу взор склоняя благосклонный.
А он молчал, как прежде, но чело
и очи были к куполу подъяты,
в нем странно все страшило и влекло,
и свой вопрос я повторил трикраты,
и скорбный взор он тихо опустил,
и трепетом мы были все объяты,
и волосы мне ветр пошевелил.
Казалось мне, на нем горит порфира,
но он с улыбкой вдруг проговорил:
«Брат, я устал и ныне жажду мира!»