О ты, писатель былей, небылиц, Который милым, легким слогом Кружишь моих по моде мне сестриц! Клянусь по чести, перед богом,
Что я весьма довольна тем... О! если б в сердце ты моем Увидел всё, что происходит, Когда твой лист ко мне приходит,
Ты тем бы сам доволен был... По чести, мне ты ужесть мил!.. В тебе, как в зеркале, себя увидишь И в тот же час возненавидишь
Свою минувшу блажь... Courage, mon coeur, courage! Уж ты меня и очень поисправил. Я чаю, ты того никак не ожидал?
Подумай, муж мой мне не так несносен стал; По чести, он меня не менее забавил, Не менее вчера увеселил, Как попугай, которым подарил
Меня... да полно, ты не знаешь, Из чьих мне рук достался попугай; А если понимаешь, Пожалуй, не болтай...
То всё уже теперь, helas! проходит, Что нас с ума приятно сводит; И я любви сказала: bon voyage! Ведь надобно и о душе помыслить...
Когда еще я тот имела avantage, Что лет себе могла поменьше счислить, Не знала, есть ли у меня душа, Безделкой той себя нимало не круша,
Ее в себе никак не примечала. Чтоб душу получить, в Париже побывала И там моей в прибавок красоте Имела я petite sante.
Перед дюшессами прелестно приседала И дюкам не спускала; И словом, там пред всеми показала, Любя моих гражданок честь,
Что женщины в России есть... Но душу дорого иметь в Париже; Тем боле, у кого муж прост или benet; Попасться с ним в беду всего нам ближе
И виноватой быть в его вине... Подумай, радость, напоследок Не знал он, где louis сыскать; En bourgeois меня он начал трактовать
И, вид приняв угрюм и едок, По-русски мне сказал: «У нас ведь много деток»... В какой тогда пришла я rage! Хотела мстить ему, и... правда... отомстила...
Однако скоро он свою поправил блажь, И я louis довольно получила, Чем я menus plaisirs немного заплатила... Нет хуже, если муж неловкий человек.
Послышу, нам грозят уже au Fort 1'eveque. Что ж вышло мне из этакой напасти? Посмейся ты со мной моей шутливой части. Мой муж отправился назад,
Надежду на свою родню имея; А я, как будто бы галантерея, Осталася в заклад... Почувствовала я тогда себе всю цену.
В Париже быть en gage, то значит что-нибудь... Я думала, что в муже будет путь; А он, о, sot! тому в замену, Что я во Франции самой
Годилась быть в закладе, Хотев увидеться со мной, Оставил красоту мою в накладе И выкупил меня, к смертельной мне досаде...
Подумай: в той прекрасной стороне Я вся была в цене, А здесь не ведаю, чего я стою... Как я оставила Париж,
Лишенной счастья мне, покою, Ужасный сделался вертиж. Не ведаю, как я перенесла тот coup; И жизни я своей была не рада,
Всех бед тому желала старику, Который вытащил меня из-под заклада... Но должно как-нибудь несчастью помогать: Старалась здесь я время убивать
Вертижами, игрою И на гостиный двор toujours ездою. Ты слышал, радость, как там ловко приседать И новые конкеты собирать
С старинной красотою: Неполный свет, неполна тень Там делают приятный день. Дезабилье -- то много помогает.
Le grand jour очень прост... A surtout там великий пост Не сух бывает... Но, ах! уж всё прошло теперь;
И время всё съедает... Для приседающих оно жестокий зверь... Казаться мне нигде не можно Все так учтиво, осторожно
Обходятся со мной, И я одно почтенье только вижу; Почтенья этого я смертно ненавижу, Которо, издали мне шаркая ногой,
Как будто говорит: пора тебе домой. Что делать, право, я не знаю. Я душу прежнюю совсем теряю; А новой нет: на то ведь надобен эспри.
Я их уж сотни три Повыше головы перетаскала И ими голову ужасно возвышала; Но здесь avec un gros bon sens указ,
Без всякого bon mot шутя над нами, Ужасно головами Унизил нас. И говорят, что cet указ желает,
Чтоб был у нас эспри Не hors de la tete -- внутри. Вот он-то небылиц чудесных ожидает; Пожалуй, помести ты это меж своих,
Которы все на быль походят. Скорее толку я надеюся от них. Нас в чувство остроты heureusement приводят.
Cookies on Poetry Cove