Когда корабль свой вещий и крылатый. Свершивший путь за тридевять морей, Из дальных стран везущий груз богатый: Книг письмена, булат богатырей,
Наряд красы -- монисты и алмазы, И в стклянках ум, и все ума проказы, Сам с лирой став на лаковый помост, Ко пристани направил Ариост, --
На берега, кипящие народом, С веселием он обращал свой взор: Отличный всем -- достоинством и родом -- Там зрелся дам и рыцарей собор;
Оттоль к нему неслися звуки трубны, Рук громкий плеск, кимвал, и рог, и бубны; И, странств его все радуясь концу, С венками шли во сретенье певцу.
Былые дни поэзии счастливой! О, как по вас в душе моей скорблю. Я не хочу, глупец самолюбивый, Равняться с ним: большому кораблю,
Как ведомо, и плаванье большое; Но челноку опасней бури вдвое, И озеро безвестное ему Трудней оплыть, чем океан тому.
Столь пышная не надобна мне встреча; Но чтоб друзей хоть малое число На берегу следили издалеча Мое валы борющее весло;
Чтоб труд легок творился их участьем; Чтоб если вдруг мой, реемый ненастьем Грудь расшибет о камень утлый челн, Они спасли щепу его из волн.
Но где они? Большую половину Скосила смерть; другие... берег пуст. Едва двух-трех я глазом там окину, И те молчат; а тот, из чьих бы уст
Всех прежде я привет услышал друга, Склонен на одр мучительный недуга, Лежит без сил, нас разделяет даль, И в первый раз мне от него печаль.
Но до нее читателям нет нужды; Они -- весьма надменная семья; Им все труды, все скорби наши чужды, И всяк из них свое лишь знает Я;
А из чего мы бьемся для забавы Чужой? Бог весть; нет выгод, мало славы, А бьемся; так: судьба; взялся за гуж -- Не жалуйся, что дюж или не дюж.
Cookies on Poetry Cove