Зефир прохладный веет, И, Флору оставляя, Зефир со мной играет, Меня утешить хочет;
Печаль мою развеять Намерен непременно. Зефир! напрасно мыслишь Меня развеселити,
Мне плакать не давая! Ты в сердце не проникнешь, Моя же горесть в сердце. Но если ты намерен
Мне службу сослужити, Лети, Зефир прекрасный, К тому, который любит Меня любовью нежной;
Лети в деревню к другу; Найдя его под тенью Лежащего покойно, Ввей в слух его тихонько
Что ты теперь услышишь: «Расставшися с тобою, Чего не думал сделать? Рассматривал я призму,
Желая то увидеть, Что Нютонову душу Толико занимало, Что Нютоново око
В восторге созерцало. Но, ах! мне надлежало Тотчас себе признаться, Что Нютонова дара
Совсем я не имею; Что мне нельзя проникнуть В состав чудесный света, Дробить лучей седмичных
Великого светила. -- Я Нютона оставил. Читая философов, Я вздумал философом
Прослыть в ученом свете; Схватив перо, бумагу, Хотел писать я много О том, как человеку
Себя счастливым сделать И мудрым быть в сей жизни Но, ах! мне надлежало Тотчас себе признаться,
Что дух сих философов Во мне не обитает; Что я того не знаю, О чем писать намерен. --
Вздохнув, перо я бросил. Шатаяся по рощам, Внимая Филомеле, Я Томсоном быть вздумал
И петь златое лето; Но, ах! мне надлежало Тотчас себе признаться, Что Томсонова гласа
Совсем я не имею, Что песнь моя несносна. -- Вздохнув, молчать я должен. Теперь брожу я в поле,
Грущу и плачу горько, Почувствуя, как мало Талантов я имею». Зефир, Зефир прекрасный!
Лети в деревню к другу; Найдя его под тенью Лежащего покойно, Ввей в слух его тихонько
Что ты теперь услышал.
Cookies on Poetry Cove