Уже довольно лучший путь не зная, Страстьми имея ослепленны очи, Род человеческ из краю до края Заблуждал жизни в мрак безлунной ночи,
И в бездны страшны несмелые ноги Многих ступили -- спаслися немноги, Коим, простерши счастье сильну руку И не хотящих от стези опасной
Отторгнув, должну отдалило муку; Но стопы оных не смысл правя ясной -- Его же помочь одна лишь надежна, -- И тем бы гибель была неизбежна,
Но, падеж рода нашего конечный Предупреждая новым действом власти, Произвел Мудрость царь мира предвечный, И послал тую к людям, да, их страсти
Обуздав, нравов суровость исправит И на путь правый их ноги наставит. О, коль всесильна отца дщерь приятна! В лице умильном красота блистает;
Речь, хотя тиха, честным ушам внятна, Сердца и нудит и увеселяет; Ни гневу знает, ни страху причину, Ищет и любит истину едину,
Толпу злонравий влеча за собою, Зрак твой не сильна снесть, ложь убегает, И добродетель твоею рукою Славны победы в мал час получает;
Тако внезапным лучом, когда всходит, Солнце и гонит мрак и свет наводит. К востоку крайны пространны народы, Ближны некреям, ближны оксидракам,
Кои пьют Ганга и Инда рек воды, Твоим те первы освещенны зраком, С слонов нисшедше, счастливы приемлют Тебя и сладость гласа твого внемлют.
Черных потом же ефиоп пределы, И плодоносный Нил что наводняет, Царство, богатством славно, славно делы, Пользу законов твоих ощущает,
И людей разум грубый уж не блудит В грязи, но к небу смелый лет свой нудит. Познал свою тьму и твою вдруг славу Вавилон, видев тя, широкостенный;
И кои всяку презрели державу, Твоей склонили выю, усмиренны, Дикие скифы и фраки суровы, Дав твоей власти в себе знаки новы.
Трудах по долгих стопы утвердила, Седмью введена друзьями твоими В греках счастливых, и вдруг взросла сила, Взросло их имя. Наставленный ими
Народ, владетель мира, дал суд труден: Тобой иль действом рук был больше чуден. Едва их праздность, невежства мати И злочинств всяких, от тя отлучила,
Власть уж их тверда не могла стояти, Презренна варвар от севера сила Западный прежде, потом же востока Престол низвергла в мгновение ока
Была та гибель нашего причина Счастья; десница врачей щедра дала Покров, под коим бежаща богина Нашла отраду и уж воссияла
Европе целой луч нового света; Врачей не умрет имя в вечны лета. Мудрость обильна, свиту многолюдну Уж безопасна из царства в другое
Водя с собою, видели мы чудну Премену: немо суеверство злое Пало, и знаем служить царю славы Сердцем смиренным и чистыми нравы.
На судах правда прогнала наветы Ябеды черной; в войну идем стройны; Храбростью ищем, искусством, советы Венцы с Победы рук принять достойны;
Медные всходят в руках наших стены, И огнь различны чувствует премены. Зевсовы наших не чуднее руки; Пылаем с громом молния жестока,
Трясем, рвем землю, и бурю и звуки Страшны наводим в мгновение ока. Ветры, пространных морь воды ужасны Правим и топчем, дерзки, безопасны.
Бездны ужасны вод преплыв, доходим Мир, отделенный от век бесконечных. В воздух, в светила, на край неба всходим, И путь и силу числим скоротечных
Телес, луч солнца делим в цветны части; Чувствует тварь вся силу нашей власти.
Cookies on Poetry Cove