Доколе тусклыми лучами Нас будешь ты венчать, мечта? Доколе мы, гордясь венцами, Не узрим -- что есть суета?
Что всё влекут часы крылаты На мощных -- к вечности -- хребтах; Что горды, сильные Атланты Вмиг с треском раздробятся в прах.
Где дерзкие теперь Япеты, Олимпа буйные враги? Гром грянул -- все без душ простерты! Лишь не успеем мы ноги
Взнести на твердые ступени -- Скользим -- повержены судьбой! Мы жадно ищем вверх степени, Взойдем -- но ах! конец какой?
«Какой? -- Вельможа так вещает. -- Я буду знаменит, велик! Таких вселенна примечает, -- Веселья, хоры, радость, крик
Со мною будут непрестанно; Чтить станет, обожать народ; Мое из злата изваянно Лицо пребудет в род и род!»
Изрек... и смерть тут улыбнулась, Облокотившись на косу; Коса на выю вдруг пригнулась -- Погиб надменный в том часу.
Исчезла с ним его и слава -- Осталась глыба лишь земли. Мечта! мечта! сердец отрава! Исполнена одной ты тли!
Очаровать воображенье, Вскормить надежду, возгордить, Представить грезы, самомненье, Рассыпав маки -- сны родить...
Вот милые твои законы! По коим слабый человек, Без умной шедши обороны, Блуждает, колесит весь век.
Давно ль на лоне я спокойства Утехи кроткие вкушал? И слезы бисерны довольства Я с другом нежным проливал?
Настроив голос, сладку лиру, Бренчал я на златых струнах. Доволен, весел, пел я миру Весну моих дней во псалмах.
Завыли бурны аквилоны -- И вздрогнул бренный мой состав. В груди сперлися тяжки стоны; Зла фурия, на сердце пав,
Терзала, жалила, язвила; Пропало здравие! -- болезнь Свой бледный, страшный лик явила. Осталась бытия -- лишь тень!
Как ветр ревет в полях пространных Между сребристым ковылем; Как вихрь в реках златопесчаных Крутит, мешая воду с дном;
Как буйны, мощны ураганы Всё ломят, низвергают, прут -- Так нас болезни, страхи, раны Колеблют, рушат и мятут.
Под розово-сафирным небом, При блеске огненных лучей, Возжженных светозарным Фебом, Гулял я с милою моей.
Вдали от нас ключи шумели, Бия каскадами с холмов; С журчащей песнью вверх летели Со злачных жавронки лугов.
Обняв грудь розово-лилейну, Садился с нею на траву; От восхищенья изумленну На груди преклонял главу.
Тут с жарким поцелуем Маша, Взяв арфу томную свою, Играла песнь: «О милый Саша!» Бывало, с ней и я пою!
По струнам персты пробегали, Ах, долго ль, долго ль для тебя? Часы, минуты пролетали В восторге долго ль, вне себя?
На струны канула слезинка И издала унылый звон. Сверкнула майская росинка! Исчезло все -- как сон!
Почто, Атропа, перервала Ты жизни тихой нить ея? Почто ты, не созрев, увяла, О роза милая моя?
Услышав жалобы с презреньем Пан в роще стон и голос мой, Схвативши арфу, с сожаленьем Попрал мохнатою ногой.
Так, стало, всё мечта на свете? Мечта в уме, в очах, в любви? При всяком -- счастье -- лишь обете Несыто плавает в крови!
Сулит нам ... златотканы, Богаты теремы, чины Велики, знамениты, славны -- Потом карает без вины.
Сулит нам долгу жизнь, веселья, Но вдруг накинет черный флер. Рассыпятся состава звенья -- Останется единый сор!
Трещат и мира исполины Судьбы под сильною пятой; Падут -- се горсть презренной глины Из тел, напыщенных собой.
Едина правда, добродетель Не будет ввек не суета! Прямой кто всем друг, благодетель Того есть цель -- уж не мечта,
Того дела живут в преданьях, По смерти самой -- не умрут. Дни, текшие в благих деяньях, Ему бессмертье принесут.
Cookies on Poetry Cove