Враги, точно стая волков, налетели!
Одежды их пурпуром ярким горели,
А копья блистали в полдневных лучах,
Как звезды небес в галилейских волнах.
Как листья дубравы весною зеленой,
Под вечер у них развевались знамена;
Как листья дубравы осенней порой,
Рассыпаны были их трупы с зарей...
Дух смерти над ними прошел в полуночи
И мертвенны стали их сонные очи
И больше смеженных не подняли век;
Сердца всколыхнулись -- и стихли навек.
Вот, ноздри раздувши, валяется конь,
Но гордый из них уж не пышет огонь,
И с губ его пена стекает, мутна,
Как брызги разбитой волны, холодна.
Там всадник лежит, безобразен и бледен,
С копьем и щитом -- и ребенку безвреден.
Могильный покой над шатрами царит:
Хоругви не веют, труба не звучит.
И трауром вдовы Ашура покрыты,
И идолы в храме Ваала разбиты;
Но сила врага не от наших мечей --
От блеска растаяла божьих очей!