В дни радости светлой, как ландыш стыдливый,
От взоров людских, и согретых участьем,
Любви твоей солнце таилось пугливо
И мне лишь светило приветом и счастьем;
Но, друг мой! в те чудные, ясные дни
Тебя истерзали сомненья мои...
Теперь же, когда в безотрадной разлуке
Так мало от жизни мечты мои просят
И только чужие холодные руки
Твою мне далекую ласку приносят;
Теперь, когда нашей заветной святыни
С глумленьем коснулась и самая злоба,
И гнев наш бессилен, и в сумрак пустыни
Из светлого рая мы изгнаны оба, --
Ах, если б ты знала, как ночью и днем
Грущу я и плачу о счастье былом!