Мы собрались. Не много нас было, И никто поразить бы не мог Ни осанкой, ни взглядом, ни силой... В эти дни бесконечных тревог
Мы усталых очей не смыкали, И кровавый стоял в них туман... Мы от гнева и страсти дрожали, Мы решили: «Да сгибнет тиран!»
Он, упитанный кровью святою Наших братьев, сестер и друзей, Он, давивший бездушной пятою Каждый всход благородных идей,
Каждый звук неподкупного слова, Как палач, заглушавший сурово Криком мести и свистом бича, Да исчезнет из мира живого!
Меч поднявший -- пади от меча! Говорили мы страстно и много, Загораясь зловещим огнем. В нашем круге, объятом тревогой,
Лишь один был с поникшим челом, Молчаливый и бледный, казалось, В нем глухая борьба совершалась... И лишь спора нестройного нить
Оборвалась, он молвил спокойный: «Это дело святое свершить Может только бессмертья достойный! Есть один... Он как бог
Немезидой народной воспрянет. Лишь вступив через смертный порог, Он грозой быть врагу перестанет, Поручайте ему этот бой --
Он гордиться доверием станет. Но, друзья! Он -- рабочий простой...» И тотчас же сказали мы дружно: «С ним другому отправиться нужно.
С другом гибель и пытка легка, Для бойца нужен взор одобренья; Задрожать не должна их рука, И лицо пусть не выдаст волненья!»
И ответил товарищ: «Двоих Предложу вам на выбор еще я... И один -- в блеске сил молодых, Лишь расцветших, но жаждущих боя;
Но, товарищи! Жалко его, Хоть не скажет он сам ничего -- Только взглянет с усмешкой героя». Он сказал -- и поник головой.
И вскричали мы разом: «Дру-гой!!» Но, как будто не слышав, ответа Не спешил дать товарищ... На миг, Будто прячась от яркого света.
Головою в смущенья поник. «Непременно ли? Двое ли нужно?» -- Прошептал он чуть слышно в ответ. И опять мы ответили дружно:
«Да, товарищ, сомнения нет!» «Тот, другой, -- вдруг прервал он молчанье, Как-то весело глянув кругом: -- Не боец, не герой по призванью
И не жаждет сразиться с врагом! Он из тех искалеченных, хилых, У кого без причины порой Кровь так глупо волнуется в жилах,
Сердце сжато безумной тоской... Да. Но если сознание долга И его, о друзья, позовет, Он воспрянет, не думая долго,
И без лишнего слова умрет!» Все мы смолкли... Как будто над нами Ангел смерти повеял крылами. Мысль ударила в сердце, как вихрь понесла,
Смертным холодом грудь обдала И во мраке чудовищной ночи, Обезумевших, кинула нас!.. Друг на друга мы подняли враз
Воспаленные, дикие очи. А товарищ, тихонько смеясь, Молвил тоном, исполненным ласки: «Я сгустил, видно, мрачные краски?
Если нужно, пойду не страшась!»
Cookies on Poetry Cove