Веселому лучу денницы золотой
Однажды удалось в окне тюрьмы глухой
Минутным гостем появиться.
И узнику, смеясь, шепнул он с вышины,
Что всюду по земле промчался бог весны,
Что всё должно перемениться.
«Уж цепи я сорвал с гремучего ручья,
Уж пухом зелени луга украсил я;
Уже проснулся и глядится
В лазури вешних вод еще прозрачный лес,
И жаворонка песнь звенит среди небес,
И всё должно перемениться!»
И, чу! вот под окном, беспечен и шумлив,
Промчался птичек рой, крича наперерыв
О том, как весело резвиться,
О теплом солнышке, о травках полевых...
Все пели радостно, что в вольном царстве их
Всё, всё должно перемениться!
И вдруг, навстречу им, и там, в душе больной,
Давно замученной, как труп давно немой,
В своих цепях уставшей биться,
Певец таинственный -- откуда, кто, бог весть --
Пропел желанную пророческую весть:
«Всё, всё должно перемениться!»