Над Дунаем над рекою,
В бусурманской стороне,
Умирая после боя,
Воин молвил слово мне:
«Отнеси, брат, в край любимый,
После дружних похорон,
Челобитьице -- родимой,
И родимому -- поклон!..»
«А жене?» -- «Своя ей воля
Стать вдругорядь под венец:
Видно, брат, моя недоля,
И жене не муж мертвец!
Весть снеси вдове такую:
Что женат я на другой,
Что с другою век векую
Я под крышей вековой,
Что за нею на погосте
Взял я каменный накат,
Пуля -- сватала, а гости
Были пушки да булат!»