Силой звездных чар, от века,
В дни трудов и в дни торжеств,
Посещают человека
Семь таинственных божеств.
И ведут чредой священной
Тот же стройный, светлый ход,
Как впервые в храм вселенной
Совершился их приход.
И в веселый миг начальный
Круг заводит Солнцебог,
Как впервые мрак печальный
Только он рассеять мог.
И за ним, с улыбкой ясной, --
Сребролукая Луна,
Как впервые в мир прекрасный
Брату вслед пришла она:
Да наставит троглодита
Пользе стрел, труду ловитв...
Ах! и кровь людей пролита,
И пылает пламя битв!
Стал он жить добычей бранной,
Дик и зол, как хищный барс:
И за мирною Дианой
Мчится вслед кровавый Марс.
Но зерно и в снежном гробе
Греет зимний Водолей:
Жизнь смеется мертвой злобе,
Жизнь выводит злак полей.
С ним -- торговли труд полезный;
Нет друзей, и нет врагов:
Быстрый, хитрый, всем любезный,
В мир летит гонец богов.
А за Гермием, с державой,
Зевс нисходит с высоты --
Образ вечной, величавой,
Неприступной Красоты.
Но высокого искусства
Людям тяжек чистый клад;
Их изнеженные чувства
Новых требуют услад:
И, полна богатств и лени,
Стала жизнь безумный пир,
И царицу наслаждений --
Афродиту видит мир.
Но опасен непрестанный
Праздник: алчность и разврат,
И сосед с враждою бранной
Опьяненных сторожат...
И умолкли звуки жизни,
И развеян прах из урн:
На безмолвной, долгой тризне
Пировать идет Сатурн.
И сидит старик, и -- взоры
В дальний мрак вперяя -- ждет:
Скоро ль новый блеск Авроры
Солнцебога приведет.