Девы Солнца, Гелиады, Над зеленым Эриданом, Мы под пологом багряным Вечереющей зари,
На могильном на кургане Слезы льем -- нам нет отрады! Будут в чистом Эридане Наши слезы -- янтари.
Наш отец, на колеснице Рыжеконной, скрылся, злобен, Там, где океан подобен Тяжкой крови черных ран.
Вечер, в дымной багрянице Край закатный застилает; Мрачным заревом пылает Светлоструйный Эридан.
И пылают Солнца гневы, И не молкнут, Гелиады, Погребальные напевы В рае солнечных полей.
С той годины, как -- умильной Пеней -- из земли могильной Трем нам встали три прохлады Белолистных тополей.
Три сестры под тополями Мы тоскуем, Гелиады, Каплют слезы белых сеней, Застывают в янтари...
Он сгорел -- нам нет отрады! -- Скошен он, как цвет весенний! Мы рыдаем над полями Умирающей зари!
Чу, в заревом огне Замер отзывный стон -- Протяжный, унылый... То -- лебедь над влажной могилой,
Над Эриданом, В зареве рдяном, Кикнос пел белоснежный сон. Встарь бывало: от зари
До зари В облаках, не умирая, Трепетали дива рая. Кочевых садов краса
В небеса Осыпала розы алы; Полночь искрила опалы. Неземной сменяла день
Полутень Теплых трепетов янтарных, Отголосков светозарных. И скиталися в ночи
Все лучи; И сияли, с небом слиты, Крайних холмов хрисолиты. Рдела пурпура дуга,
И рога Сонных юниц златорунных Отрясали далей лунных Беловейные снега.
Ныне, -- что бежит нас прочь Смертных ночь? Как от раскаленной пещи. Блеск клубится, блеск зловещий.
Осенил ослушных дев Отчий гнев! Звезды копья мести метят, Луны рдяные не светят.
Будь же нами вечно пет, Вешний цвет, В солнце яркое влюбленный, Солнца яростью спаленный!..
Гелиадам мира нет! Три сестры, под тополями, Слезы льем о светлом брате: Слезы каплют белых сеней,
Застывают в янтари... Плачьте, девы, об утрате! Он сгорел, как цвет весений! Плач творите над полями
Дымно-меркнущей зари! Оттого что я вперяла В сон небесный взгляд прилежный, Оттого что воспаряла
За мечтой недольних стран: Оттого что я кормила В сердце замысел мятежный И, завидуя, стремила
Взор на быстрый Эридан: Оттого что я хотела Встретить жребий неизбежный И из тесных уз летела
За безбрежный океан: Оттого под тополями Плач творим мы, Гелиады, И из белых юных сеней
Каплют слезы -- янтари! Оттого -- нам нет отрады! -- Скошен он, как цвет весенний: Плачьте, сестры, над полями
Неусыпными Зари! «Брат!» я пела: «Будь прекрасен». Я: -- «Дерзай!» А я: -- «Погибни!»
Я сказала: «Будь бессмертен!» Я: -- «Бессмертье -- дерзновенье». Я: -- «Бессмертен полный миг». Он погиб -- и был прекрасен!
Он погиб чрез дерзновенье! Тот бессмертен, кто погиб. О, Фаэтон! Пели тебе
Песни Сирен: Веруй в свой сон! Вверься Судьбе! Будь дерзновен!
Мы -- три сестры, Мы -- три судьбы, О Фаэтон! Властен призыв,
Верен порыв, Вечен твой сон! Он был прекрасен, отрок гордый, Сын Солнца, юный Солнцебог,
Когда схватил рукою твердой Величья роковой залог, -- Когда бразды своей державы Восхитил у зардевших Ор, --
А кони бились о заставы, Почуя пламенный простор! И, пущены, взнеслись, заржали, Покинув алую тюрьму,
И с медным топотом бежали, Послушны легкому ярму! И Нереид влюбленных стая Метнулась -- стая голубиц,
В лазури волн кружась и тая, Пред славой огневержных спиц! Дрожа, в эфир священной Ночи Мчит Фосфор луч своей звезды, --
А он по миру водит очи, Держа, бестрепетный, бразды! И, оглянув свой мир просторный, Воззрел к верховному огню --
И повернул с округи торной Бурь огнемощных четверню. И вспыхнувшими целинами, Топча лучистых жатв снопы,
Взлетел за пламенными снами На непочатые тропы. Стремит, пронзен восторга дрожью, К мете прямой зрачки орла, --
А кони рады бездорожью, Грызут тугие удила. Зияя, дхнул эфир глубокий; Хлябь шевельнулась; тускло жив
Воззрился хаос огнеокий На гостя сонмом смутных див. Лев рдеет; враг стрелу спускает; Бык прянул; ищет Скорпион:
А он очей не опускает, Вожжей не выпускает он! Вотще!.. Столикою погоней, Змеиным трепетом бичей
Безумит Ужас, гонит ко́ней Под свод крутящихся смерчей. Весь лютый лес навстречу двинул, Бразды бессильные урвал,
Свил свитком твердь -- и буйных ринул В бездн поглощающий провал. И, прянув, челн свой мечет низко Их буря, склоном сфер скользя:
К земле палимой реет близко Блужданий солнечных стезя. Растет пустыня; рдеют боры; Понт ропщет; за костром костер
Курится, где сияли горы... Но Зевс по тверди мрак простер -- Дробит перуном колесницу, И упряг жаркий разнузда́н,
И опаленного возницу Холодный принял Эридан. Девы Солнца, Гелиады, Над глубоким Эриданом,
Мы под пологом багряным Дымно меркнущей Зари, На кургане на прибрежном Плач творим -- нам нет отрады!..
Ах! пред темным Неизбежным Дерзновенья -- алтари! Рок --творить нам, Гелиадам, Плач надгробный над порывом
Огнекрылым, дерзновеньем Огнеликим Красоты! Рок -- стремиться Солнца чадам За божественным призывом,
Мановеньем, дуновеньем -- В край надзвездный, край Мечты! Ты явись из вечной ночи -- Над пустым ли над курганом,
Над святым ли Эриданом! Брат, явись!.. И ты встаешь Над водами, в ризе бледной, -- Но восторг безумит очи, --
Но лучей венец победный Светит... Призрак, ты зовешь? Ты зовешь? Восхить нас, милый! Поглоти своей могилой!..
Жертва! вновь твой лик венчает, Бледный, бледных молний тень!.. Ах, нас корни не пускают, Руки ветви распускают...
Облачает, разлучает Белолиственная сень!..
Cookies on Poetry Cove